Книга Хранители Севера. Хаос, страница 85 – Оливия Мун

— Об инициации.

Густая, тяжёлая тишина повисла в маленькой каменной комнате, будто её можно было потрогать руками. А потом Джастин присвистнул, и этот звук показался невероятно громким в наступившей тишине.

— Ну и как? — спросил он, и в его голосе не осталось и следа от прежней шутливости.

— Она отказала, — Вейт тяжело, с надрывом вздохнул, опуская голову так низко, что подбородок почти коснулся груди. — Сказала, что закон есть закон. Что только дети… Мне никогда не стать таким же, как вы. Никогда.

Джастин медленно опустился на край своей кровати напротив. Его пальцы сплелись в замок, костяшки побелели от напряжения.

— Ты же знаешь, что цена велика, — произнёс он тихо, но очень чётко, выговаривая каждое слово. — Даже для тех, кто прошёл её вовремя.

Вейт всмотрелся в его лицо. Всё, и привычный смех, и лёгкая беззаботность, будто испарились, уступив место незнакомой серьёзности. Остались только голубые, не по-детски взрослые глаза, смотрящие прямо в душу.

— Зачем тебе это?

В его вопросе не было ни капли осуждения, только искренняя попытка понять. И тогда юноша заговорил, и в его глазах, ещё минуту назад полных отчаяния, внезапно запылал неугасимый огонь.

— Мне не важно, какая цена! — его голос окреп, зазвучал твёрже и увереннее. — Я готов отдать всё, что у меня есть, всё без остатка! Я всегда мечтал об этом. Я стремился к этому с самого детства, каждый день, каждую секунду! Видишь это?!

Одним резким, почти отчаянным движением он протянул вперёд руку, демонстрируя старый, потёртый кожаный браслет, тускло поблёскивавший в полумраке комнаты. Он носил его всегда, не снимая ни на секунду, с тех самых пор, как себя помнил.

Джастин нахмурился, с недоумением вглядываясь в невзрачный аксессуар.

— Браслет?.. — в его голосе прозвучало искреннее непонимание.

— Не просто браслет, — он выпрямился во весь рост, выпятив подбородок вперёд, и по его телу разлилась странная, гордая уверенность. — Это браслет Андрэ Лиотти.

Глаза друга расширились до предела, а выражение его лица изменилось в один миг — на смену лёгкому недоумению пришло чистейшее удивление, затем шок, а следом неверие, смешанное с каким-то почтительным трепетом.

— Чего?! — он ахнул, отшатнувшись так, что кровать жалобно заскрипела. — Того самого…

— Да, — твёрдо подтвердил Вейт, и его пальцы сжались вокруг старого кожаного ремешка. — Ты помнишь, я рассказывал, как в детстве пытался перелезть через ледяную стену?

Джастин медленно кивнул, не отрывая заворожённого взгляда от его руки.

— Это он спас меня тогда и дал мне этот браслет, — голос его стал тише. Он коснулся браслета, ощущая под пальцами шероховатую, выцветшую кожу и холод металлической птички. — Это было не просто так. — Он поднял глаза на друга, и в его взгляде горел вызов всей этой системе, всем правилам, что ему пытались навязать. — Он верил в меня. В меня, мальчишку с окраины. Этот браслет… это мой пропуск сюда, мой счастливый билет, и я не собираюсь его терять.

Джастин выдохнул долгим, свистящим звуком и нервно, беззвучно засмеялся, потрясённый открывшейся ему тайной.

— Ну и дела… — прошептал он, и в его голосе смешались неподдельное восхищение и лёгкая зависть.

Он откинул голову назад, разглядывая знакомые трещины на потолке, и провёл рукой по коротким, всё ещё влажным от душа волосам.