Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 35 – Анастасия Энковская

— И все, что здесь есть о странствующих девах, переходах между мирами, храмах и магах, которые не объясняют дыры в ткани мироздания исключительно тем, что богам стало скучно.

Вот тут он впервые за весь разговор позволил себе почти заметную улыбку.

— Последнее, боюсь, будет найти труднее всего.

— Но возможно?

Он чуть помедлил.

— В этом мире многие предпочитают верить в удобные ответы, леди Алина. Но это не значит, что других не существует.

Я резко повернула голову. Он сказал это все тем же спокойным тоном, без нажима, без таинственности, без попытки показать, что знает больше, чем должен. Но внутри у меня тут же что-то собралось.

— То есть вы считаете, что происходящее можно объяснить не только волей богов?

— Я считаю, — так же ровно ответил он, — что слишком сложные вещи редко укладываются в одно-единственное объяснение.

Я смотрела на него несколько секунд, пытаясь понять, насколько далеко можно заходить в этом разговоре, но он сам отвел взгляд и кивнул в сторону двери.

— Вам нужно поесть.

Я чуть не рассмеялась.

— Вы только что дали мне первый за несколько дней по-настоящему полезный ответ и сразу после этого решили убить атмосферу словом «поесть»?

— Я лекарь, — невозмутимо сказал он. — Я обязан время от времени убивать атмосферу пользой.

И, как ни странно, это тоже было похоже на что-то домашнее. Нормальное. Человеческое.

Я вернулась в дом уже не с ощущением, что меня сейчас снова раздавит изнутри, а с более простым и почти забытым состоянием: если действовать по шагам, можно не сойти с ума. Сначала — еда. Потом — отдых. Потом — книги, карты, записи. Потом — думать. Не о том, как мне страшно. Это я и так знала. О том, как я отсюда выберусь.

На кухне было тепло. По-настоящему тепло, не нарядно и не показательно. Медные кастрюли, полки с посудой, большой деревянный стол, корзина с хлебом, миска с яблоками, пучки сушеных трав под потолком. И что-то в этом зрелище было настолько живым и обыкновенным, что у меня вдруг болезненно сжалось горло. Я вспомнила нашу кухню. Маленькую, немного тесную, с вечно гудящим холодильником и столом, который мы с Костей так и не поменяли, хотя собирались уже полгода. Вспомнила, как он по утрам стоял у плиты в домашней футболке, хмурый и еще не проснувшийся, и делал завтрак с такой сосредоточенностью, будто от правильной яичницы зависит устойчивость мироздания. Ну, по крайней мере, мое настроение точно зависело от его яичницы, потому что завтракать я могла исключительно ею. Я резко выдохнула и отвернулась к окну. Только не сейчас. Не здесь. Не над тарелками.

— Вам не стоит долго стоять, — мягко сказал лекарь. — Сядьте. Я сам.

Я моргнула и только теперь заметила, что служанки, которые минуту назад были на кухне, куда-то исчезли. Остались только мы вдвоем и спокойная домашняя тишина, в которой потрескивало что-то на плите.

— Вы… сами? — переспросила я.

— Это вас удивляет?

— Честно? Да. После последних дней я уже почти ожидала, что все мужчины в этом мире не ставят женщину ни во что и думают, будто она просто аксессуар.

Он коротко хмыкнул, будто это заявление показалось ему одновременно несправедливым и вполне заслуженным.

— Садитесь, леди Алина.

— Просто Алина, — машинально сказала я, устраиваясь за столом. — А то от «леди» мне все время хочется оглянуться, не вошел ли кто-нибудь более подходящий на эту должность.