Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 33 – Анастасия Энковская

— Пока держусь, — ответила я и тут же невольно усмехнулась. — Наверное, организм решил, что на сегодня с меня уже хватит драматизма.

В уголках его глаз мелькнуло что-то похожее на улыбку.

— Ваш организм принял разумное решение.

Я хмыкнула и снова обвела взглядом дом, отмечая уже не только уют, но и тишину. Здесь действительно было тише, чем в замке, и уж точно тише, чем в той комнате, где я проснулась несколько дней назад и сначала решила, что умерла, а потом — что сошла с ума. Здесь не было этой давящей торжественности, этого ощущения, будто даже воздух принадлежит не тебе, а дому, роду, власти, древним законам и чужой уверенности в том, что твоя жизнь уже кем-то распределена по полочкам.

Дом был двухэтажный. Небольшой по местным меркам — особенно после замка, — но по моим собственным очень даже приличный. После нашей с Костей квартиры он вообще выглядел почти вызывающе просторным. И все же дело было не в размере. В нем было достаточно воздуха, чтобы чувствовать не тесноту, а расстояние. Между мной и чужой волей. Между мной и Арденом. Между мной и тем проклятым днем, когда я открыла глаза под высоким потолком.

Я медленно прошла вперед. Слева оказалась гостиная — светлая, с большими окнами, камином и мягким диваном, который выглядел куда более человечно, чем все те кресла с высокими спинками, в которых люди обычно не сидят, а сохраняют достоинство. На столике уже стояла ваза с какими-то бледными цветами, и от одного их запаха меня слегка качнуло.

— Уберите это, пожалуйста, — попросила я, машинально прикрыв нос ладонью.

Одна из служанок тут же подскочила к столу и унесла вазу так быстро, будто только и ждала сигнала. Я проводила ее взглядом и невольно отметила, что здесь со мной разговаривают осторожно. Не как с хозяйкой, не как с пленницей и даже не как с больной. Скорее как с чем-то странным, непонятным и слегка опасным. Не потому, что я сама по себе страшная, а потому, что никто до конца не понимает, что со мной делать. Честно говоря, я и сама пока не понимала.

Следующая комната оказалась столовой. За ней — кухня. Оттуда тянуло теплом, хлебом и чем-то сливочным. Чуть дальше располагался кабинет — или просто маленькая комната с широким столом, полками и окном в сад. Я задержалась в дверях дольше, чем у остальных комнат, и почти сразу поняла, что вот это уже действительно полезно. Стол. Полки. Тишина. Закрывающаяся дверь. Возможность раскладывать бумаги, книги, карты и думать. Не страдать, не плакать и не ждать, пока что-то само решится, а именно думать. Очень нужная, между прочим, роскошь.

— Если вам здесь будет удобно, можно будет закупить книги и перенести их сюда, — сказал лекарь.

Я повернула голову и посмотрела на него уже внимательнее.

— Вы думаете, что я буду читать умные тексты и у меня не останется времени на истерики? Я, между прочим, слышала, что у беременных настроение скачет довольно резко.

— Вы производите впечатление женщины, которая предпочитает искать ответы, а не сидеть сложа руки, — спокойно ответил он. — Думаю, истерики вообще не в вашем стиле. А что касается перепадов настроения — посмотрим, как это будет проходить у вас.

Вот опять. Он не говорил со мной так, как остальные. Не уговаривал смириться. Не утешал сладкой ложью. Не пытался внушить, что все к лучшему. И, что особенно странно, не спорил с моим внутренним правом сопротивляться. Пожилой лекарь как будто говорил: будем решать задачи по мере их поступления. Это цепляло.