Книга Я попала в свекровь, страница 2 – Diva

В комнате повисла вязкая тишина. Валерия Аркадьевна несколько секунд изучала невестку. Прямой отпор — это было неожиданно. Она уже собиралась ответить, когда в кармане завибрировал телефон.

Взглянув на экран, она мгновенно посерьёзнела.

— Мне нужно выйти, — коротко бросила она.

Она направилась к лестнице, оставив сына и невестку за столом. Сообщение пришло с номера, который молчал несколько лет. Валерия Аркадьевна поднялась на второй этаж, остановилась у окна и снова вгляделась в дисплей.

Всего одна фраза: «Сегодня всё изменится».

Она нахмурилась. Номер был ей знаком — и именно это было хуже всего.

Мир качнулся без предупреждения.

Сначала — резкая слабость в ногах, будто кто-то выдернул опору. Потом пол под ногами стал ненадёжным, как лёд в оттепель. Валерия Аркадьевна потянулась к перилам, но пальцы соскользнули с холодного металла раньше, чем она успела сжать их. Перед глазами вспыхнуло белое — не свет, а отсутствие всего остального.

Она падала долго. Или ей так казалось.

Последнее, что она успела зафиксировать, — далёкий крик снизу. Алинин голос, искажённый ужасом, прорезал тишину за секунду до того, как темнота стала окончательной.

Сознание возвращалось неохотно, словно её вытаскивали из вязкой смолы. Сначала прорезались звуки: мерный писк монитора и шелест ткани. Затем навалилась тяжесть в конечностях и резкая, пульсирующая боль в висках.

Она попыталась пошевелиться и тут же почувствовала спиной жёсткий матрас. В воздухе стоял концентрированный запах стерильности и хлорки — этот коктейль насторожил её сильнее, чем боль. Она замерла, пытаясь вспомнить последние секунды перед темнотой. Лестница... белое пятно... и тишина.

— Кажется, она приходит в себя, — раздался над ухом спокойный женский голос.

Она резко открыла глаза. Белый потолок. Слева стояла женщина в медицинском халате, рядом — высокий мужчина в тёмном костюме. Он смотрел на неё с такой смесью надежды и тревоги, будто ждал этого пробуждения вечность.

— Вы меня слышите? — врач наклонилась ниже.

Она нахмурилась, пытаясь сфокусировать зрение.

— Где я? — голос прозвучал хрипло и совершенно чуждо. Как будто принадлежал кому-то другому.

Мужчина заметно вздрогнул.

— Ты в больнице, — произнёс он осторожно, подаваясь вперёд. — Ты упала с лестницы. Мы очень испугались.

Она несколько секунд смотрела на него. Что-то в его тоне, в том, как он наклонился — слишком близко, слишком уверенно, — вызвало острое, необъяснимое отторжение.

— Простите, — медленно произнесла она, выговаривая каждое слово. — Вы меня с кем-то путаете.

В палате воцарилась гробовая тишина. Мужчина растерянно обернулся к врачу, потом снова посмотрел на неё.

— Это я. Максим. Твой сын.

— Нет, — отрезала она. — Я вас не знаю.

Дверь палаты приоткрылась. Внутрь скользнула молодая девушка — каштановые волосы, испуганные глаза — и замерла у порога, вцепившись пальцами в дверную ручку.

— Она очнулась? — прошептала вошедшая.

— Да, — ответил Максим, не сводя глаз с кровати. — Но она говорит странные вещи.

Она перевела взгляд на девушку. Все эти люди смотрели на неё как на часть своего понятного мира — и именно это было невыносимо.

— Кто вы такие? И почему он называет меня матерью?

Девушка сделала неуверенный шаг к кровати.

— Вы меня пугаете... Это же я, Алина.