Книга Помощница антиквара 2, страница 13 – Амари Санд

Туров пододвинул ко мне пустую чашку и начал медленно водить пальцем по ее краю, призывая внимательно следить за каждым движением.

— Забудь о словах, Александра, — произнес он заговорщическим тоном. — Стены в этом городе имеют не только уши, но и память. Твой новый опекун — хищный паук, который почувствует малейшую вибрацию паутины. Каждое твое слово, произнесенное вслух, может стать смертным приговором. Но я научу тебя говорить иначе, чтобы ни одна магическая печать не считала смысла нашего общения. Запоминай!

Старик коснулся мочки уха, затем медленно провел ладонью по столешнице, словно смахивая невидимую пыль. Несведущий человек увидел бы в этом случайные жесты, но в каждом таком движении таился глубокий смысл.

Туров объяснял, что легкое прикосновение к воротнику означает присутствие соглядатая, а три коротких постукивания пальцами по дереву — сигнал к тому, что информация, которую я собираюсь передать, должна быть ложной. Он открыл мне целую систему, скрытых за фасадом обыденных действий и доступных лишь тем, кто знал, куда смотреть.

— Если я поправлю свои часы, ты должна замолчать, — наставлял он, не сводя с меня пытливого взгляда. — Если приглажу волосы — уводи разговор в сторону. Твои руки привыкли к тонкой работе, так научи их передавать смыслы.

— Я справлюсь, дядя, — повторила сложную фигуру, которую он только что показал. — Мои пальцы и не такое вытворяли со старыми витражами.

Несколько часов подряд мы провели за сложной наукой, пока глаза не начали слипаться от усталости. Каждый раз, когда я ошибалась, Туров заставлял повторять с самого начала, пока жест не становился естественным и незаметным для стороннего наблюдателя. Учеба полностью меня увлекла, заставив на время позабыть обо всех проблемах. Но одна из них решила о себе напомнить самым неожиданным образом.

За окном давно сгустились сумерки и город погрузился в ночную тишину, когда тишину дома разорвал требовательный стук в дверь, вынуждая нас обоих вздрогнуть.

Савелий Кузьмич мгновенно преобразился: его спина ссутулилась, взгляд потух, а лицо приняло выражение привычной ворчливости.

— Сиди здесь, — шепнул он, направляясь к выходу.

Я замерла, прислушиваясь к звукам в прихожей. Голос, донесшийся через открытую дверь кухни, был слишком хорошо мне знаком, чтобы спутать его с кем-то другим.

Поднявшись, я направилась в гостиную, куда уже прошел Константин. В его присутствия привычное уже пространство дома словно сжалось. Он выглядел измотанным: мундир испачкан в дорожной пыли, под глазами залегли тени, а орлиный нос казался еще острее в резком свете магической лампы.

— Добрый вечер, Александра Ивановна, — произнес он, глядя на меня со смесью ожидания и облегчения. — Рад видеть вас в добром здравии.

— Взаимно, господин Ермаков, — уставилась на него вопросительно. — Не ожидала увидеть вас так поздно.

Он молча положил на край стола коричневую папку из плотной кожи, перевязанную красной лентой с гербовой печатью Тайной канцелярии. По тому, как бережно он это сделал, я догадалась, что внутри находится что-то важное.

— Здесь ваши документы, Александра, — Константин пододвинул папку ко мне. — Паспорт, дворянская грамота и распоряжение о зачислении в Императорскую академию магии. Теперь вы официально находитесь под покровительством короны.