Книга Единственная для черного дракона, страница 12 – Марина Александрова

Мы вчетвером шли в сторону кольца сердца с одной лишь целью — переодеться к ужину. Всем нам нужно было время осознать услышанное. Принять…

— Мы умрем? — вдруг всхлипнула Фаис, разбивая это мнимое спокойствие.

Никто не ответил ей, просто потому, что все мы знали, что именно так и будет. Мы знали, молчали и боялись произнести вслух, словно это могло что-то изменить.

— Вы все слышали, что сказала великая мать, — вдруг необыкновенно серьёзно и вкрадчиво заговорила моя Шанэ, — сегодня мы наденем наши лучшие платья, — тяжело сглотнув ком в горле, сказала она, — заколем волосы лучшими шпильками и простимся с нашими сестрами, как будто никогда не расстанемся…

Мне кажется, Шанэ и сама не поняла, в какой именно момент она расплакалась. Да, и не одна из нас этого не смогла осознать. Но в какой-то момент, мы вчетвером уже обнимали друг друга, рыдая точно маленькие дети. Больше не было ненавистной Джерайи или бесячей Фаис, осталось лишь четыре девочки, которым было очень страшно умирать.

Это был лучший вечер, на моей памяти в квисэн-е. Зал утопал в цветах и свечах, столы ломились от самой лучшей еды и каждая квисэн старалась продемонстрировать свой лучший талант. Даже мы вчетвером танцевали в этот вечер танец пионов, что выучили для праздника весны совсем недавно. Наши тела, в легких шифоновых платьях, послушно изгибались в такт музыке, что исполняли старшие сёстры. Один раз девушка, что играла для нас, сбилась и постаралась незаметно смахнуть слёзы, но никто не подал виду, что заметил. Каждая из нас в этот вечер дарила искусство сестрам, как знак расставания… как знак скорой встречи.

Уже вечером, засыпая в своей постели, я думала о том, что не должна дать себе возможность смириться с тем, что эта ночь последняя. Мы будем драться. Мы не сдадимся. На этой мысли Шанэ осторожно коснулась моего запястья заставляя открыть глаза.

— Ты спишь? — тихонько спросила она.

Я молчаливо покачала головой.

— Можно я лягу с тобой?

Я лишь тихонько кивнула, отодвигаясь в сторону и позволяя ей расположиться рядом со мой. Шанэ обняла меня и, устроившись у меня на груди, тихонько засопела. Она не говорила больше ни слова. Я не знаю, спала ли она в ту ночь, но я тут же провалилась в тяжелый сон без сновидений.

У нас не было особой формы, как у взрослых квисэн. Простые штаны мужского кроя, рубахи, легкий доспех, защищающий грудь и сапожки на плоской подошве. Обычный ученический комплект. Туго затянув волосы в пучок, я взглянула на свое отражение в зеркале. Сегодня мой спонтанный оборот стал хрупкой блондинкой невысокого роста с ярко-голубыми глазами и чуть вздёрнутым носиком. Привычно на висках аллели рыжие пряди. Шанэ проснулась высокой девицей с пышной грудью и такой же приметной попой, которая просто отказывалась влезать в её обычную одежду.

— Боги решили подшутить напоследок? — усмехнулась она, пытаясь протиснуться в штаны и извиваясь на все лады.

— Ты по крайне мере умрёшь красоткой, — в тон ей, хохотнула я. — А я каким-то пупсиком! — прыснула я, вставая рядом с подругой и обнаруживая, что едва достаю ей до груди.

Через несколько минут хохотали уже мы обе.

В то утро мы плечом к плечу стояли на стене, что окружала квисэн-е. Я с трудом могла поверить в то, что происходящее реально. Тавир был богатым, процветающим городом с широкими, мощёными улицами и богатой архитектурой. Вот только сейчас все эти улицы были заполнены войнами хана нагов. Часть из них была верхом на огромных ящерах, часть спешившись наблюдала за тем, как неспешно движется в направлении квисэн-е высокий, широкоплечий мужчина в кожаной безрукавке и таких же кожаных штанах. Его длинные черные волосы были заплетены в причудливые косы, а его мускулы на руках говорили о том, что перед нами сильный воин.