Книга Очарованная силой, страница 34 – Нина Черная

Нижинский на миг остановился, будто прислушался. Бешеный стук сердца, злые слезы и тяжелое дыхание, я сжала руки в кулаки. Надо попытаться его отпихнуть. Как-то неправильно все это, не так, как обычно. Грудь после грубости пульсировала, кожа покрылась мурашками от липкого холода и страха, тело ныло от удара об пол.

Миг, и воздух рассек свист, а ягодицу обожгло от резкой боли. Я вскрикнула, снова завозилась под графом. Грубое обращение вновь вызвало внутри целую бурю. Отчаянье, вожделение, ожидание продолжения. Иначе в близости с мужчинами я не ощущала ничего. Дойти бы до Республики и навсегда распрощаться с графом, чтобы не поддаваться соблазнам!

Еще удар, и я закричала громче, сжала кулаки, извернулась, чтобы лягнуть, но жесткие пальцы сильнее вдавили меня во влажную землю. Чем он бил? В такой позе и ладонью неудобно, места для размаха не хватало. Удары участились, ягодицы и бедра жгло нестерпимо. Я потеряла счет времени, перестала барахтаться. Между ног приятно ныло, ждало продолжения, а с губ срывались стоны, вперемешку с криками.

— Это наказание, своевольная компаньонка, - прошептал мне на ухо граф, когда остановился, чтобы перевести дух, - расставь ноги шире.

Я подчинилась мигом, против воли. Он тяжело дышал, на оголенные плечи капал его пот, это вызывало желание отдаться ему полностью, подчиниться, ползать перед ним на коленях. Глупые желания!

Шершавые пальцы проникли в мою промежность, нащупали чувствительный бугорок и сжали с такой силой, что из глаз снова брызнули слезы, а из горла вырвался крик. Я сжала бедра от неожиданности, но хватка не ослабла, стала только грубее.

— Я сказал, расставь ноги шире, - яростно процедил он сквозь зубы и дернул бугорок на себя, - и молчи, иначе я затолкаю тебе в горло твои же панталоны.

Крик оборвался, сменился рычанием, мы еще посмотрим, кто кому панталоны в горло затолкает! Правда, тело без моего на то повеления, ответило графу согласием. Послушно расслабило мышцы и подалось назад, к его паху.

— Умница, - ярость сменилась жаром, а пальцы перестали терзать мою плоть, - а теперь терпи. Иначе я придушу твоего волка без всяких сожалений.

Причем тут волк? Какой волк? Лихорадочные вопросы вспыхнули в голове, но тут же исчезли без следа. Что-то холодное и твердое уткнулось в промежность, а мое лицо перестали прижимать к полу. Что это?!

Ребристая твердая поверхность прошлась от бугорка вверх, слегка надавила. Пальцы графа развели мои ягодицы в стороны, а прохладный округлый предмет ткнулся внутрь меня. Совершенно не туда! Я в ужасе распахнула глаза и взмолилась:

— Граф, нет, что ты задумал?!

— Молчи, - его голос прозвучал совершенно спокойно, а руки действовали уверенно, - и терпи наказание, - он на миг замолчал, ослабил давление и наклонился ближе к моему горящему лицу, - неужели такая распутная девица не пробовала разные способы наслаждения?

Я подавилась воздухом, а в горле встал ком. Отвечать не стала, только закусила губы до крови и закрыла глаза. Сейчас я готова стерпеть его грубость и оскорбления, потом я найду способ отомстить, как раньше.

Тупая боль будто разорвала меня изнутри, заставила хрипеть. Нечто продолговатое и шершавое рывком прорвалось внутрь. Я закусила кулак, чтобы не выть и попыталась расслабить мышцы. Вышло из рук вон плохо, боль только нарастала, а темп увеличился. С каждым разом незнакомый мне предмет проникал глубже, вызывал судороги, мои мышцы сильнее напрягались.