Книга Очарованная силой, страница 177 – Нина Черная

— Зато я молод и полностью здоров, - Тумур сверкнул белозубой улыбкой.

— Луизе не это нужно.

— А с чего ты решил, что мы будем о ней говорить? - парень насмешливо вскинул брови, - и почему уверен, что знаешь о ее желаниях?

Мы заняли удаленную от замка беседку, стояли друг напротив друга, дышали тяжело. Вдалеке слышались завывания скрипки, пронзительные звуки альтов. Они перекрывали шум от гостей барона. Нас же скрывал полумрак ночи. Мерцающие по дорожке к беседке газовые фонари сполохами нас освещали.

Слова щенка прошлись острой бритвой по искалеченной душе, я перестал сдерживаться. Прикрыл глаза на миг и отпустил ту силу, что бурлила внутри. Рядом со мной лопнула ваза и с глухим стуком осыпалась черепицами на пол беседки. Тумур вздрогнул от неожиданности, его брови поползли на лоб.

— Ты магичишь? – вмиг охрипшим голосом спросил он, окатил меня волной возмущения, - как давно? И что же раньше не пользовался?

— Это не важно, - ответил я ровно, как смог.

Потому что сам не понимал, что произошло. После странного покалывания по всему телу в Заколдованном лесу, когда я смог достучаться до Лиззи, внутренняя сила никак себя не проявляла. Если только почти перестал чувствовать себя калекой. Но я уверился, что это влияние сына бога.

— У тебя преимущество, - возмутился парень, он мгновенно переместил вес с правой ноги на левую, подобрался, - а у меня только кулаки. Немного нечестно, не находишь?

— Неужели, разбойникам знакомо такое слово? – пришел мой черед кривить самоуверенную ухмылку, хоть победителем я себя не ощущал.

Его ярость вспыхнула вокруг ошметками тьмы, все звуки будто стихли, а воздух вокруг сделался вязким, тяжелым. Тумур не стал отвечать, его кулак молнией взлетел в воздух. Я даже не заметил движения. Следующее, что я ощутил – это острую боль в скуле. Силой удара меня отбросило на одну из стоек беседки. Дерево протяжно затрещало, и я вывалился на влажную от росы траву.

— Щенок, - сплюнул я кровь на землю и быстро перекатился, чтобы уйти от очередного удара.

Успел, рука парня прошла в нескольких сантиметрах от моего виска, глубоко взрыла землю. Я вскинул свой кулак и впечатал его куда-то в район печенки Тумура. Он охнул от неожиданности, согнулся.

Еще удар.

Переход.

Руку обожгло болью.

Опять перекат, треск дорогой ткани.

Во взгляде Тумура не осталось ничего осмысленного. Только жажда смерти, агония. Неужели, парень настолько вышел из себя, попав в родной город?

Я проигрывал. Тумур засыпал ударами, превосходил силой. Кажется, этот вечер мне не пережить. Я криво усмехнулся разбитыми губами и призвал силу.

В кулаке что-то запульсировало, я скосил глаза, отчего мои брови тут же полезли на лоб. В раненой Фел руке оказался знакомый кнут. Только не из привычных кожи и пеньки, по всей его длине расходились голубоватые молнии. Они трещали, разрастались, вместе с клокочущей внутри силой. Такой незнакомой и будто привычной. Неужели, она всегда пряталась где-то глубоко в моем сердце?

Я уклонился от очередного удара, отвел руку и выбросил кисть вперед. Конец кнута со свистом поспешил к ноге потомка кочевников, обвился несколько раз. Я дернул.

Тумур нелепо взмахнул руками и со всей силы опрокинулся на спину, показалось, что земля под ним промялась, из его груди вырвался невольный стон. Кажется, мои удары тоже не слабы, а тело парня не настолько неуязвимо.