Книга Обмен по-кошачьи, или Девять жизней на двоих, страница 38 – Алекса Вулф

— Я тоже, — ответила Муся, и я была с ней согласна.

— До завтра, — кивнул начальник и направился в другую сторону, подхватив на руки Маркиза. Кот выглянул из-за плеча хозяина, посмотрел на меня и подмигнул (теперь уж точно, не показалось!).

— Ну что, — спросила Муся, когда мы снова остались одни. — Идём домой?

— Идём, — сказала я, и вдруг поймала себя на том, что опять мурлычу.

Громко, настойчиво. И не в силах остановиться.

— Слышу, слышу,— улыбнулась Муся, прижимая меня к груди. — У тебя получается.

— Получается, — согласилась я. И добавила, уже про себя: “Кажется, я начинаю понимать, что такое любить себя. Это когда позволяешь себе быть счастливой. Даже если не понимаешь, за что. Даже если кажется, что не заслужила. Просто позволяешь”.

Дома нас ждал чай, конфеты в шуршащих обёртках и новая идея для колонки. Я знала, о чём буду писать. О местах, где можно встретить того, кого не ждёшь. О лавочках, где вдруг оказывается, что ты не одна. О котах, которые понимают больше, чем люди.

И, кажется, впервые за долгое время я не боялась. Ни завтрашнего дня. Ни понедельника. Ни того, что мои тексты кому-то не понравятся. Я просто… жила. И это было главное.

Глава 11. Границы, кошки и одно неожиданное приглашение

Утро следующего дня в офисе началось с того, что Лера принесла кофе.

Не одну чашку, — себе, — как обычно, а две. Вторую она молча поставила на стол перед Муськой, и в её взгляде я заметила что-то новое. Не привычное снисходительное «ты наша странная, но ладно», а что-то вроде… уважения?

— Твою колонку вчера мама читала, — сказала Лера, опираясь на край стола. — Сказала, что давно не видела такого тёплого текста. И что теперь хочет съездить на тот пруд.

Муся подняла на неё глаза.

— Пусть едет. Там правда хорошо.

— Я и сама подумала, — кивнула Лера. — Может, в выходные сходим?

Они обменялись улыбками, и я вдруг поймала себя на мысли, что смотрю на это с лёгкой, но отчётливой гордостью. Моя колонка. Моя коллега. Моя жизнь, которая потихоньку налаживалась. Даже если я пока сидела в кошачьей шкуре.

День шёл своим чередом. Муся печатала, я подсказывала, коллеги переговаривались вполголоса, кто-то спорил о вёрстке, кто-то смеялся над шуткой в мессенджере.

Всё как обычно.

Почти.

— Ну всё, хватит! — раздался вдруг посреди ставшего фоновым шума громкий голос со стороны двери.

Я подняла голову. Муська тоже отвлеклась от клавиатуры.

На пороге стояла Наталья — старший редактор отдела новостей, женщина лет пятидесяти, вечно недовольная и колючая, как ёжик в период линьки. Её лицо было красным, как от долгого крика, а глаза метали молнии.

— Я молчала, — продолжила она, входя в наш уголок и тыча пальцем в Мусю. — Я терпела. Но эта ваша кошка… У людей, вообще-то, аллергия! У меня, между прочим, глаза чешутся и горло саднит!

Я насторожилась, вжав уши. Как так вышло, что я совсем заигралась в “пушистого соватора”, что напрочь забыла об элементарных правилах? Это я себя ощущала прежней Кристиной, которая ходит на работу. Ну и что, что в шерстяной шубке…

Для других же это была просто кошка.

Муся спокойно подняла глаза на Наталью.

— У вас аллергия на кошек? — спросила она ровным голосом.

— У меня! И не только у меня! — Наталья перевела взгляд на меня, и я почувствовала, как в её взгляде заплескалась настоящая ненависть. — Это офис, а не зоопарк! Что за неуважение к коллегам? Каждый день таскает эту… эту…