Книга Поцелуй обреченной королевы, страница 60 – Алиса Вишня

— Я знал, что ты полезешь сюда! — сказал он, медленно снимая перчатки — Заметил твой интерес. Ждал. Думал, может, проявишь благоразумие. Но нет, как мотылек на огонь.

Он подошел к столу, посмотрел на разбросанные письма, на открытые ящики. Потом поднял на нее глаза.

— Ну что, любопытная леди? Удовлетворила свой интерес? Поняла, в чье логово забралась?

В его голосе не было угрозы. Была констатация.

Он поймал ее с поличным. Она видела доказательства его измены. И теперь он не мог позволить ей уйти.

Мегана отступила к стене, чувствуя, как камень впивается ей в спину. Страх был таким острым, что почти парализовал. Она видела перед собой человека, который стоит перед тяжелым выбором. И выбор этот, она знала, будет не в ее пользу.

— Ты предатель! — прошептала она, и в ее голосе прозвучало разочарование.

Почему-то эта его измена ранила ее сильнее, чем все остальное.

Он усмехнулся — коротко, беззвучно.

— Предатель? — переспросил он. — Я спасаю королевство от слабого короля и его жадных советников, которые разворовывают казну и ведут страну к пропасти. Кариняне… да, риск. Но вражда с ними должна прекратится! И большой войны с ними нельзя допустить!

От этих его слов Мегана несколько опешила, и вынуждена была согласиться.

— Да, нельзя! Это правильно, и королю нужно было давно с ними договорится, если это возможно!

— Как видишь, возможно!

— Ценой территорий? И потом… Из благих побуждений, своими методами, ты приведешь не к миру, а именно к войне! К гибели тысяч! — произнесла она, смотря прямо ему в глаза.

— Война уже идет! — холодно парировал он — Эти набеги, которые король игнорирует. Посольство только высказывает протесты, и все. Наши люди гибнут! Это не война, по-твоему?

Он замолчал, и она не ответила. Она не изменила своего мнения.

— А теперь… — произнес он, и сделал шаг к ней — Теперь у нас с тобой проблема. Ты знаешь слишком много, чтобы просто сидеть в своей комнате и вышивать.

Он стоял прямо перед ней, и она чувствовала его тепло, его силу, его решимость. Она зажмурилась, ожидая удара, удушения, чего угодно.

Но удар не последовал. Вместо этого его пальцы коснулись ее подбородка, заставив поднять голову.

— Открой глаза! — приказал он.

Она повиновалась. Он смотрел на нее, и в его черных глазах бушевала буря — гнев, разочарование …. и что-то еще, чего она не могла понять.

— Убить тебя было бы самым разумным! — произнес он — Но я не убиваю женщин.

" Да неужели?"

— Тем более, ты моя жена.

Он помолчал, разглядывая ее лицо.

— И не отпущу. Не позволю уйти. Даже умереть не позволю, если ты этого захочешь!

Он отпустил ее подбородок и отошел.

— Ты останешься здесь, в замке. Но отныне ты не хозяйка, и даже не гостья. Ты — пленница. Твои прогулки ограничатся внутренним двором. Гретта будет сопровождать тебя повсюду. Письма, которые ты будешь писать, будут просматриваться. Попытка бегства…

Ему не было необходимости договаривать.

Это был приговор к пожизненному заключению в каменном мешке его крепости, в обществе его тайн и его опасного присутствия.

Он повернулся, подобрал с пола письма, аккуратно сложил их и убрал в потайное отделение. Потом подошел к двери, отпер ее.

— Иди! — сказал он, не оборачиваясь — И помни: ты переступила черту. Ты первая нарушила договор, который сама предложила. Доверие между нами, если оно когда-либо и было, мертво. Отныне ты живешь по моим правилам. Попробуй нарушить их — и увидишь, что будет.