Книга Герцогиня Эмили, страница 10 – Аурелия Шедоу

У главных ворот, представлявших собой дубовые стволы, окованные чёрным железом, нас встретила стража. Не пара сонных часовых, а чёткий, молчаливый караул. Солдаты в потёртых, но опрятных мундирах с гербом Адельберга — стилизованной хищной птицей на щите — смотрели прямо перед собой. Их взгляды скользнули по карете без любопытства, лишь оценивая потенциальную угрозу. Профессионалы. Это заставило меня внутренне собраться ещё сильнее.

Ворота со скрежетом и лязгом отворились, впуская нас в узкий, тёмный туннель проездной башни. На мгновение погрузились в полную тьму и гул колёс по каменному полу, а затем выехали во внутренний двор.

Мой первый взгляд был не на архитектуру, а на людей. Их было немного. Конюх, замерший с уздечкой в руках; служанка, спешившая через двор с корзиной белья и украдкой бросившая на карету испуганный взгляд; пожилой мужчина в одежде дворецкого, стоявший на ступенях главного входа в донжон. Все движения были скупыми, приглушёнными, лица — закрытыми и настороженными. Не враждебность, а скорее привычная осторожность, отточенная годами жизни в крепости, где каждый чужак — потенциальная угроза. Вызов номер один: стать своим в чужой цитадели.

Томас первым вышел из кареты и подал мне руку. Мои ноги, затекшие от долгой дороги, едва держали меня. Я оперлась на его руку чуть сильнее, чем хотелось бы, и сделала шаг на булыжник двора. Воздух здесь был ледяным и застоявшимся, словно его годами не освежал ветер.

Пожилой мужчина — дворецкий — спустился на пару ступеней. Его поклон был безупречным и безжизненным.

— Герцогиня. Добро пожаловать в Волькенфельс. Его светлость ожидает вас в Большом зале. Позвольте проводить.

Его тон не оставлял места для вопросов или промедления. Я кивнула, отпустила руку Томаса и последовала за дворецким, стараясь идти ровно, хотя каждая мышца дрожала от усталости и нервного напряжения. Мартин остался во дворе, отдавая распоряжения насчёт багажа — одной маленькой котомки с жалким скарбом Эмили Ланген.

Мы прошли через тяжёлые дубовые двери, украшенные коваными накладками, и оказались в высоком, холодном вестибюле. Каменные стены, факелы в железных держателях, дающие неровный, прыгающий свет. Но я тут же отметила деталь: в нишах на стенах были вмурованы матовые стеклянные шары, внутри которых тускло, на последнем издыхании, мерцали бледные искорки.

Сквозняк, гуляющий по полу, был не просто холодным — он нёс ледяное, неестественное дыхание самого камня. Стены, должно быть, пропитались холодом за века без должного обогрева. Инфраструктурный коллапс. Энергетический кризис в отдельно взятом замке.

— Меня зовут Бертран Фосс, я дворецкий замка, — отрекомендовался мужчина, не оборачиваясь. — Ваши покои подготовлены. После аудиенции я провожу вас.

Большой зал оказался ещё более внушительным и ещё менее гостеприимным. Огромное помещение с тёмными, почерневшими от времени балками под потолком. На одном конце — гигантский камин, в котором тлело несколько толстых поленьев, едва отгоняя ледяную сырость. На стенах — знамёна и старинное оружие, покрытое пылью. Длинный дубовый стол посредине стоял пустым.

И у камина, спиной к двери, стоял он.

Я замерла на пороге. Бертран Фосс тихо произнёс:

— Ее светлость, герцогиня Эмили фон Адельберг, — поклонился и исчез, словно растворяясь в полумраке зала.