Книга Снег на песке, страница 60 – Марья Зеленая

Прошло немало времени, прежде чем Бьянка решилась обернуться. Преследователей больше не было видно, а насколько хватало взора простиралась необъятная пустошь. Лошадь хрипела и задыхалась, по земле бежал горячий ветер, закручивая клубы песка вокруг уставших копыт. Становилось жарко, в горле пересохло. Бьянка сняла с пояса флягу и сделала несколько маленьких глотков отвратительно теплой воды. Жидкости осталось на самом донышке, а седельный бурдюк был давно уже пуст — пополнить запас собирались в оазисе, но помешало нападение. Нужно возвращаться, пока жажда не стала невыносимой.

Бьянка осмотрелась. Откуда же она пришла? Кажется, когда она убегала от врагов, солнце светило с правой стороны. Значит нужно ехать на юго-запад. Точно! Вот же следы копыт на песке! Бьянка развернула лошадь. Та была в плохом состоянии — хрипло дышала, а с морды свисали клочья пены. Сколько же она протянет без воды?

Бьянка погладила ее по холке:

— Потерпи, милая, скоро мы выберемся отсюда.

Кобыла шумно вздохнула, и, опустив голову, понуро побрела вперед.

Вначале след был довольно четким, но ветер, гоняющий пыль над землей, неумолимо стирал его. Вскоре пришлось остановиться: отпечатки копыт окончательно и безнадежно затерялись в песке.

«Куда же дальше?» — Бьянка отчаянно силилась различить на ажурной ряби хоть малейший ориентир.

Ничего. Только дюны, песок и чахлые кусты верблюжьей колючки, одиноко торчащие среди застывших оранжевых волн. И солнце. Неумолимое солнце, беспощадно сверкающее в ярко-голубом абсолютно безоблачном небе. Нужно продолжать двигаться на юго-запад, пока не стало слишком жарко.

Пустыня накалялась. Во рту все горело. Невыносимо хотелось пить, но надо растянуть последние капли воды как можно дольше. Безумно страшно остаться посреди пылающего ада без единого глотка. Бьянка попыталась высосать немного слюны. Бесполезно. Язык был таким же сухим, как и выжженный песок вокруг нее.

Справа что-то блеснуло. Бьянка присмотрелась и увидела гладкие выбеленные кости какого-то животного. Уродливо оскалившийся череп, наполовину засыпанные ребра — смерть притаилась совсем рядом, терпеливо поджидая, когда неосторожная путница попадется в ее объятия.

Лошадь остановилась и отчаянно заржала. Бьянка ткнула ее каблуками в бока, понукая двигаться дальше, но передние ноги подкосились, и несчастное животное рухнуло на землю. Бьянка чуть не оказалась под ней, едва успев выскочить из седла.

Кобыла часто и хрипло дышала, ноги судорожно подрагивали, из глаз текли слезы. В белой пене вокруг рта виднелись кровавые прожилки. Бедняге конец. Пристрелить ее? Жестоко. Но оставить здесь на долгую мучительную смерть еще хуже. Бьянка достала пистолет, взвела курок. Как же невыносимо смотреть в эти доверчивые карие глаза, будто умоляющие тебя о помощи!

— Прости! — Бьянка зажмурилась и нажала на спусковой крючок.

Грянул выстрел, лошадь коротко вскрикнула, несколько раз дернулась и затихла. Скоро ее растащат шакалы, и от нее останется лишь до белизны выскобленный остов.

Что теперь? Нужно двигаться дальше. Пить хотелось все сильнее. От раскаленного песка поднимался сухой жар, душным одеялом окутывая изнывающее тело. Бьянку охватило жуткое ощущение полной покинутости и одиночества в этой бескрайней, неумолимо безжалостной пустыне. Дорога казалась бесконечной. Взгляду было не за что зацепиться — везде одни и те же барханы да редкие кусты саксаула.