Книга Раб моего мужа, страница 9 – Марья Зеленая

Тело взмокло от испарины, по щекам текли слезы, а Джеймс продолжал, все ускоряя темп. Боль, хлюпанье, безжалостный напор — все было так мерзко и унизительно, что Элизабет казалось, будто это кошмарный сон.

И когда Джеймс издал протяжный стон, сделал еще пару толчков и замер, придавив ее к кровати, Элизабет ощутила себя жестоко обманутой. И это все? Неужели это и есть та самая кульминация любви, слияние душ и тел, которое воспевают в романах? Это отвратительное животное совокупление и есть то, к чему стремятся влюбленные, преодолевая все преграды на своем пути?

Джеймс выпустил ее и поднялся с ковра. Элизабет, глотая слезы, забралась на кровать и до подбородка натянула на себя простыню.

— Спокойной ночи, дорогая, — сказал муж, и в его голосе почудилась издевка.

Едва за ним захлопнулась дверь, Элизабет вскочила с постели и кинулась в уборную. Она влезла в остывшую ванну, присела и, зачерпывая руками воду, принялась плескать ее на себя, чтобы смыть ту грязь, в которой, как ей казалось, ее изваляли с головы до пят.

Между бедер щипало, и, проведя там ладонью, Элизабет разглядела на пальцах кровь. Вроде так и должно быть в первый раз? Но почему же Джеймс столь грубо обошелся с ней? Взял ее в такой унизительной позе. Не приласкал, не поцеловал… Чем она заслужила подобное обращение?

Выбравшись из ванны, Элизабет принялась вытираться еще влажным после купания полотенцем.

«Уеду! Завтра же отсюда уеду!» — шмыгая носом, бормотала она.

Тусклым золотом блеснуло обручальное кольцо. Элизабет схватилась за него и попыталась стянуть, но пальцы слегка набухли от жары, и кольцо никак не поддавалось. Оставив тщетные усилия, Элизабет сползла на пол, закрыла руками лицо и разрыдалась.

Никуда она не уедет. Без веской причины брак не расторгнуть. А даже если и удастся — клеймо разведенки запятнает репутацию до конца ее дней.

Это ловушка! И самое ужасное — она загнала себя в нее сама.

Задув свечу, Элизабет легла на кровать и словно в кокон закуталась в простыню. Слава богу, у нее с мужем отдельные спальни! Сейчас ей просто жизненно необходимо побыть одной.

Джеймс Фаулер оказался не сказочным принцем, а мужланом — черствым и бесцеремонным. Но, как знать, может, это в порядке вещей? Наверняка, в романах все приукрашивают, а на деле — супружеский долг такой и есть. Постыдный, тягостный, неприятный. Удовольствие в постели — удел сильного пола, а для женщины главное — быть хорошей матерью и женой.

Элизабет тяжело вздохнула. Она не питала особой любви к младенцам, но ни за что не призналась бы в этом вслух. Да ее бы просто никто не понял. Ведь всем известно, что каждая нормальная женщина мечтает иметь детей.

«Если россказни о любви оказались выдумкой, то, может, и радости материнства сильно преувеличены?» — подумала она.

Ладно, что толку сейчас об этом рассуждать? Разве у нее есть выбор? Она вышла замуж, а значит, по умолчанию обязана рожать. Остается только смириться и как-то налаживать отношения с Джеймсом и его маман.

Элизабет повернулась на другой бок, поудобнее устроилась на подушке и попыталась уснуть, но тут кто-то несмело поскребся в дверь.

— Кто там? — Приподнявшись на локтях, Элизабет настороженно вгляделась в темноту.

— Миссис… — раздался приглушенный детский голосок. — Это Майк. Масса велел вас обмахивать, пока вы спите.