Книга Раб моего мужа, страница 78 – Марья Зеленая

Она вскочила на ноги и кинулась к двери, но муж поймал ее за руку и рывком усадил назад.

— Сядь! — рявкнул он. — Вы все будете делать, что я велю. — Он повернулся к забившейся в угол Люси. — Скидывай тряпье, черномазая дрянь!

Негритянка упрямо покачала головой и с неожиданной дерзостью заявила:

— Черта с два, масса Джеймс! Я скорей сдохну, чем рожу вам еще одного раба!

— Ах ты тварь! — вскочив на ноги, заорал Джеймс. — Я забью тебя до смерти, паршивая девка!

Он размахнулся кнутом. Элизабет зажмурилась, услышала резкий свист… но удара не последовало. Открыв глаза, она увидела, что Самсон перехватил кончик кнута, намотал его на кулак и вырвал кнут у Джеймса из рук.

— Нет, сэр! Не бейте ее! — твердо сказал он.

Джеймс побагровел. Он выхватил из кобуры револьвер и нацелил его Самсону в лоб.

— Отдай кнут, черный выродок! — потребовал он.

Самсон не шелохнулся. Тогда Джеймс перевел оружие на дрожащую от страха Люси.

— Живо, или я прострелю этой дуре колено!

— Джеймс, прекрати! — воскликнула Элизабет, в ужасе наблюдая за происходящим.

— Заткнись! — рявкнул муж, не опуская револьвер. — Ну же! Считаю до трех. Раз!..

Самсон швырнул кнут ему под ноги.

— Хорошо, — протянул Джеймс. Он вновь уселся на табурет. — Теперь раздевайтесь.

Негры переглянулись.

— Давай, Люси! Раньше ты не была такой стыдливой, — ухмыльнулся Джеймс. — Вспомни, как ты визжала от удовольствия подо мной.

Люси бросила на Элизабет испуганный взгляд. Ее полные губы отчетливо дрожали.

— Не бойся, моя жена все знает, — небрежно сообщил Джеймс. — Ну же! Снимай тряпье!

Рабыня колебалась. Тогда Джеймс наставил револьвер на Самсона.

— Если ты сию секунду не разденешься, я отстрелю ему яйца. — Он щелкнул курком.

— Будьте вы прокляты, масса Джеймс! — сквозь зубы процедила Люси и стащила через голову ночную сорочку.

Элизабет, кусая губы, опустила взгляд. Ее всю трясло. Джеймс свихнулся! Неужели он и вправду заставит негров заниматься этим у нее на глазах?

— Теперь ты, — велел муж Самсону. — Снимай портки!

Послышался шорох одежды.

— Ну вот, так-то лучше, — заметил Джеймс. — Что же ты не смотришь, любимая? Это представление специально для тебя.

Он схватил Элизабет за волосы и заставил поднять голову.

— Полюбуйся, дорогая. Ручаюсь, ты еще никогда не видела голых африканских самцов.

Она невольно взглянула на обнаженные тела, лоснящиеся в призрачном свете фонаря.

Люси — коренастая, с крутыми бедрами, крепкими ногами и тяжелой грудью, увенчанной большими ареолами черных сосков — смотрела на хозяина исподлобья, ощетинившись как загнанный зверь.

Самсон же стоял спокойно, с гордо поднятой головой. И ему впрямь было чем гордиться. Могучие плечи, развитые грудные мышцы, узкая талия, рельефный живот — его тело напоминало бронзовую статую греческого атлета. С той лишь разницей, что мужское оснащение греческих статуй обычно куда скромнее того, что угадывалось в полумраке между мускулистыми бедрами Самсона.

Вспыхнув от жгучего стыда, Элизабет отвела взор.

Джеймс взмахнул револьвером в сторону негритянки.

— Давай, Люси, сделай так, чтобы у него колом стоял, — приказал он. — Ты же это умеешь.

Негритянка, злобно сверкнув глазами, подошла к Самсону и обхватила рукой его член. Несколько ритмичных движений, и орудие пришло в полную боевую готовность, приняв поистине внушительный размер.