Книга Принцесса и медведь, страница 42 – Марья Зеленая

— У меня?

— А где ж еще? Не с моей же ведьмой под одной крышей… Ты приглядишь за ней, а я время от времени буду ее навещать… пока она не затяжелеет…

Виола потрясенно слушала их разговор. От ярости все клокотало в груди. Они обсуждали ее так грубо и бесцеремонно, словно скотину на базаре! До дрожи хотелось закричать, затопать ногами и отхлестать этих проклятых дикарей по их самодовольным бородатым рожам. Жаль, правда, что толку из этого не выйдет, поэтому Виола, собрав остатки воли в кулак, не предпринимала опрометчивых действий.

Единственная более менее хорошая новость во всем этом безумии — то, что ее соглядатаем назначили именно Бьорна. Лучше уж он, чем какой-нибудь неотесаный болван: к нему она хотя бы уже привыкла.

— Да, еще кое-что, — добавил Сигизмунд, задумчиво поглаживая густую бороду.

— Что? — спросил Бьорн.

— Нужно чтобы ее осмотрела знахарка.

— Зачем? Она выглядит вполне здоровой.

— Пускай проверит девственность и способность к деторождению.

У Виолы от негодования загорелись щеки.

— Идите к черту! — с ненавистью выпалила она. — Пусть только кто-нибудь посмеет ко мне прикоснуться!

Ярл пропустил ее слова мимо ушей, а Бьорн снова стиснул ее ладонь, на этот раз не позволяя вырваться.

— Ну что ж, теперь ты за нее отвечаешь, — заключил Сигизмунд. — Береги как зеницу ока.

— Слушаюсь, мой ярл, — склонил голову Бьорн.

Сигизмунд подошел к Виоле. Похотливый взгляд прищуренных глаз заставил ее похолодеть.

— До встречи, пташка.

С этими словами он провел шершавым пальцем по ее нижней губе. Виола отшатнулась, на что Сигизмунд лишь снисходительно усмехнулся.

Когда он ушел, она яростным вихрем налетела на Бьорна.

— Какого дьявола!!! — истошно заорала она. — Какого рожна ты втянул меня в это дерьмо, поганый ублюдок!

Она принялась что есть мочи лупить его кулаками по груди, но эффекта это произвело не больше, чем если бы она молотила скалу.

— Да откуда ж я знал! — попытался оправдаться Бьорн. — Мне и в голову не могло прийти, что все так обернется!

— Потому что в твоей башке куриные потроха вместо мозгов, долбаный хейд! — завопила Виола. — Пусть только этот старый черт попробует ко мне прикоснуться! Я убью его! И тебя вместе с ним!

— Тихо! Не ори на всю улицу! — сквозь зубы процедил он. — Пошли домой, там поговорим.

— Никуда я с тобой не пойду! Не трогай меня!

— Пойдешь, куда ты денешься! — Он схватил ее за руку и волоком потащил по дороге.

Виола изо всех сил дергалась, извивалась и упиралась ногами в землю, тогда Бьорн, недолго думая, взвалил ее на плечо. Она отчаянно колотила его по спине, но все было тщетно. Через несколько минут он внес ее в дом и швырнул на кровать, застеленную мохнатой шкурой.

— Ох! — вскрикнула какая-то женщина.

Виола повернула голову и увидела пожилую хейдеронку в платье из грубого коричневого сукна, стоящую у очага с кочергой в руках.

— Не бойся, Биргит, — сказал Бьорн. — Это всего лишь я.

— Ах, господин, вы меня напугали!

Бьорн бросил в угол дорожную котомку и, усевшись на покрытую серым мехом скамью, принялся стягивать сапоги.

— А ты здесь какими судьбами? — поинтересовался он у Биргит.

— Дык я тут в Рюккене у сестры гостила. А как услышала, что вы приехали, дай, думаю, хоть огонь разведу, чтобы господину не в холодный дом возвращаться. Может, вам чего состряпать?