Книга Пленница аскадцев. Цена свободы, страница 83 – Алена Бондар, Карина Рин

Ветром, который гуляет по дому и холодит разгорячённую кожу. Это добавляет остроты — будто мы балансируем на грани. Я хватаюсь за волосы Алрика и тяну его на себя.

— Я хочу тебя, — шепчу возле его губ, а он скалится хищно.

— А как же поиграть в недотрогу? — ухмыляясь, спрашивает мужчина, но его ладонь уже скользит ниже.

— А можно просто принести мне удовольствие и не вредничать? — парирую и раздвигаю ноги шире.

Он приподнимает платье и проводит по внутренней стороне бедра руками, медленно, с нажимом, и, сдвинув трусики в сторону, проводит пальцами по мокрым складочкам.

— Да ты прямо приглашаешь, — хмыкает он и, отойдя на шаг, смотрит на меня. — Красавица, — резюмирует, продолжая смотреть.

А я продолжаю лежать на столе с скомканным платьем на талии, возбуждённая до предела.

— Но так будет лучше, — игриво произносит и, согнув мои ноги в коленях, ставит их на стол.

— Тебе нужен максимум? — скептически спрашиваю, приподнявшись на локтях, хотя внутри уже дрожит предвкушение.

— Конечно, — самодовольно отвечает и начинает расстёгивать брюки, не сводя с меня взгляда.

А вид у него отличный, и он, конечно же, смотрит. Свет закатного солнца освещает именно меня, оставляя его в относительной тени. Он отлично видит меня раскрытую и готовую его принять, тогда как я различаю только хищную ухмылку и блеск глаз.

И вот он выходит из тени и проводит членом по складочкам. Я чуть ли не шиплю, настолько они сейчас чувствительные и насколько я нетерпелива.

Касар разогрел меня, а вот сейчас Алрик довёл до предела — до состояния, когда каждое прикосновение будто искра.

И вот он медленно входит, чтобы я прочувствовала каждую венку на члене, и при этом пристально смотрит в глаза. Так интенсивно, будто хочет что-то передать. Или заглянуть гораздо глубже, чем ему позволено.

Я чувствую, как внутри всё растягивается, принимает его, пульсирует вокруг него, и это медленное проникновение сводит с ума сильнее, чем резкость.

И, войдя полностью, он замирает и гладит пальцами по бьющейся венке на шее.

— Мирана, — медленно начинает он и наклоняется ко мне. — Я знаю… — шепчет, и пальцы на шее начинают сжиматься. — Что Касар был сегодня у тебя, — заканчивает и жёстко укладывает меня на стол.

И с дикостью во взгляде начинает меня трахать, будто это наказывая. Резкие выпады, скорость на максимуме при том, что я максимально раскрыта. Каждое движение глубоко, жёстко, с силой, от которой стол подо мной едва заметно скрипит.

Открываю рот, потому что уже не стонать, а кричать хочется, как он резко закрывает его рукой.

И меня накрывает дежавю. Так же сегодня уже прикрывали мне рот. Так же, чтобы никто не услышал. Но всё равно тот, кому это было нужно, всё понял.

И сейчас он без сантиментов трахает меня на столе и показывает свою власть. Показывает, что я буду под ним и что до сих пор принадлежу ему.

Хотя я никогда не буду никому принадлежать. Но в такие минуты ярости и необузданного секса я готова согласиться, что принадлежу — но лишь до того момента, как не кончу.

А с таким натиском это случается так быстро, что я даже не успеваю рассмаковать, что произошло. Кричу прямо в ладонь Алрика, и он склоняется ко мне и агрессивно шепчет, так и не выходя, лишь медленнее, глубже проникая:

— Грязная ведьмочка, — шепчет мягко. — Рано, милая, улетела, — добавляет ласково и, убрав руку от моих губ, накрывает их своими.