Книга Попаданка на самокате, страница 112 – Стася Вертинская

Глеб только поморщился, но спорить не стал. Кажется, мы все понимали: хоть никто с самого начала не брал его в расчёт, инженеру известно больше, чем всем остальным.

— Мы должны найти его или добраться до Смольного, – раздражённо буркнул Глеб. – Нет разницы, кого из них мы сможем взять раньше.

— Но Бурова можно рассматривать уже не просто как пропавшего без вести, а объявить в розыск как соучастника, – заметил полицейский.

Маг согласно кивнул и посмотрел на Глеба, ожидая его слов.

— Давно пора это сделать, – всё-таки выдохнул он и первым повернулся к машине, чтобы вернуться в участок.

Было очень странно, когда Буров – ранее невидимая тень, безликая фамилия в отчетах – внезапно стал центральной фигурой расследования. Судебное дело Натальи и её обвинение в покушении на убийство никуда не делось. Журналисты всё также осаждали участок, надеясь хоть на крупицы информации. Но силы полиции были брошены не на сплетни вокруг вдовы, а на поиски инженера.

Успел ли он продать технологии детонатора Смольному или они всё ещё в его руках? От кого он прячется: от полиции или от людей Смольного? Жив ли он или уже не сможет открыть всех тайн?

Все эти вопросы занимали головы людей из участка. Пропавшего инженера теперь рассматривали не только как ведущую к Смольному ниточку, но и как потенциально опасного преступника. Даже Глеб вынужден был признать: возможно, взрыв в его квартире не месть Григория, а личная попытка Бурова замести следы. Вот только он так и не хотел признавать, что Смольный мог оказаться непричастным ни к взрывам, ни к смерти Лебедева.

Полицейские проверяли все места, где Буров был замечен. Не избежал этой участи даже клуб “Четыре луны”. В этот раз нам не пришлось идти туда самим, но я будто слышала недовольное ворчание Мари. Проверяли даже места, где его быть не могло – стоило только поступить информации о ком-то подозрительном, полицейские сразу отправлялись на место обнаружения.

Кроме того усилили охрану на вокзалах и автобусных станциях. Проверили пристани и даже грузовой порт. Теперь обращали внимание не только на его настоящую фамилию, но и ту, под которой он скрывал свою личность в “Мастерской”.

К поиску подключились даже маги. Проверка мелких мастерских, поиск нестандартных схем – всё это они взяли на себя и щедро делились найденной информацией. Так на карте Копперграда перестало существовать ещё несколько подпольных мастерских, а в руках полиции оказались новые документы с доказательствами работы нелегального бизнеса.

Одновременно с этим снова опросили коллег и соседей.

— Узнайте, заходил ли к нему кто-то в день убийства Лебедева, – крикнул Глеб вслед уходящим полицейским.

— Думаешь, это Буров убил его? – неуверенно спросила я.

Глеб только поморщился, но ответил:

— Этот инженер слишком долго оставался в тени. Лучше проверить всё и исключить лишнее. Кто знает, в чём он ещё был замешан.

Да, Глеб тоже принимал активное участие в поиске Бурова и сборе улик против него. Но это не значит, что он больше не желал достать Смольного. Напротив, он поручил кому-то собрать старые дела, так или иначе связанные с именем Григория Степанова. А я целыми днями только и делала, что переписывала их краткое содержание.

Бесконечная череда чужих преступлений сливалась перед моими глазами. Но я терпеливо записывала: дата, место. Ещё одна подпольная мастерская, пожар на мелкой фабрике, выловленное в реке тело. Дела, где только мелькала тень Смольного, но виновником был признан другой; закрытые без видимых причин или оставшиеся висеть без каких-либо доказательств.