Книга Рождество по-драконьи. Лучшие враги, страница 306 – Леси Филеберт

Они сидели здесь веками. Размножались, плодились, и чем больше их становилось, тем плотнее смыкалось кольцо аномалии вокруг Валтарии. Телепортационные окошки открывались всё реже, связь прерывалась, границы становились непроходимыми. Сейчас я осознавала четко: ещё десяток лет — и Валтария просто провалилась бы в изнанку мира. Исчезла бы с лица земли, оставив после себя только чудовищный прорыв, из которого полезла бы всякая нечисть — уже в другие страны.

А эти черви... они были причиной. Они были той самой занозой, которая не давала миру зажить.

Я вдруг поняла, что делать.

Злость ушла. Осталась холодная, кристально-ясная решимость.

Я поднялась на ноги. Вдохнула глубоко, чувствуя, как лёгкие наполняются ледяным воздухом. И выдохнула... Ледяное дыхание.

Оно сорвалось с моих губ легко, естественно, как будто я делала это всю жизнь. Вихрь, сотканный из микроскопических кристаллов льда, вращающихся с бешеной скоростью, сливающихся в сияющую бледно-голубую реку. Он не падал, не рассеивался — он парил передо мной, жил своей жизнью, дышал, переливался.

Я выдохнула ещё раз, и «река» преобразовалась в Арханский Лепесток.

Оно всё сжалось, сгустилось, превратилось в сверкающий, идеально отполированный шар. А потом из этого шара, словно из бутона, начали раскрываться лепестки. Длинные, изогнутые, острые как бритва клинки из голубоватого алмазного льда. Они вращались вокруг центральной оси, создавая эдакий энергетический боевой веер, смертоносный и прекрасный.

Но этого было мало. Нужно было больше. Нужно было вложить в это заклинание всю себя.

— Зигорра, — прошептала я. — Ты мне нужна.

Она откликнулась мгновенно. Драконья сущность внутри меня взвилась, зарычала, и я позволила ей выплеснуться наружу — не в оборот, а в заклинание. Золотая энергия хлынула из моей груди, втекла в Арханский Лепесток, и тот преобразился.

Он перестал быть просто льдом. Он стал живым. Миллионы золотых искр вспыхнули внутри каждого лепестка, закружились, слились воедино, и передо мной предстал дракон. Энергетический, сотканный из света и магии, но настоящий. С глазами — жёлтыми, с вертикальным зрачком, в которых горела ярость тьмы, что спала во мне все эти годы.

На миг мне показалось, что эти глаза смотрят на меня с узнаванием. С насмешкой. С вызовом. И я поняла: это были глаза моего двойника из ледяной сферы. Только теперь они не были враждебны. Они были... послушны. Подчинены.

— С-с-сожри их вс-с-сех, Зигорра, — прошептала я, и мой собственный голос показался мне чужим.

Дракон взревел. Золотая молния пронзила небо, и Зигорра — та часть меня, что была моей тенью, моей силой и яростью — ринулась вниз, в толщу горы. Она прошла сквозь камень, как нож сквозь масло, и исчезла.

А я закрыла глаза... И запела.

Слова приходили сами, рождались где-то в самой глубине, и я не знала, откуда они. Наверное, это пела сама магия. Наверное, это был голос моих предков, арханов, что жили до меня*.

[примечание автора: категорично рекомендую вам на этом моменте сделать паузу и пойти включить песню polnalyubvi «Ледяная», слушать ее параллельно с чтением для лучшего погружения в атмосферу;)) эта песня очень остро ассоциируется у меня с этим эпизодом, я под нее писала эту главу]

Я пела заклинание и внутренним взором видела всё.