Книга Рождество по-драконьи. Лучшие враги, страница 251 – Леси Филеберт

Морвенна вновь криво усмехнулась.

— Кайл мечтал вступить в клан Валтур, выслужиться перед Верховным Воеводой. Он был на Полигоне Смерти в тот день в качестве инструктора, запускал адептов. У него был доступ, знание местности и идеальная легенда. А я... — она запнулась, но быстро взяла себя в руки. — Я его племянница, и по плану должна была найти замороженного Лукаса на Полигоне и разморозить его с помощью артефакта, который дал мне дядя. Именно вспышкой этого артефакта я должна была привлечь внимание наблюдателей Турнира, заманив Лукаса в ловушку, которую Хродварр для него выстроил. А потом... потом он стал бы моим должником.

— Должником? — тупо переспросила я, чувствуя, как внутри закипает злость.

— Ну да, — Морвенна пожала плечами с показным равнодушием. — Спасла ему жизнь — он мне обязан. А там, глядишь, и до свадьбы недалеко. Лукас Скаар, племянник императора, будущий Верховный Воевода — неплохая партия для девушки из обедневшего рода, которую собираются продать какому-то дряхлому саликиду, лишь бы она рожала ему детишек, не так ли?

Она говорила это с таким циничным спокойствием, что у меня мурашки побежали по коже. Но последние слова заставили меня замереть.

— А тебя хотели продать дряхлому саликиду?

— Мой род вырождается. Я из обнищавшего аристократического рода, у нас одни девки остались, все кормильцы повымирали с этими треклятыми грифонами, а братья мои мелкие еще... Я для мамы — товар. Выгодно пристроить, получить деньги, связи, влияние... Или хотя бы избавиться от лишнего рта. Академия была моим единственным шансом сбежать от этой участи, и когда дядя предложил мне эту авантюру, я согласилась не раздумывая. Рискнуть, чтобы получить всё, или сдохнуть в нищете, рожая детей старику? Выбор очевиден. Поэтому я тренировалась тайком и сбежала из дома.

Я слушала её и чувствовала, как внутри всё кипит от целой бури эмоций... Потому что я узнавала эту легенду: сама рассказывала её Лукасу, когда притворялась бедной адепткой из Имерхейма. Та же нищета, те же попытки выдать замуж за дряхлого старика, то же отчаяние и желание вырваться любой ценой.

Кто б знал, что я учусь с реальным таким примером сбежавшей девушки... Впрочем, не просто так она мне сразу показалась подозрительной личностью.

— Ты нарушила наши планы, — продолжила Морвенна. — Ты появилась из ниоткуда, разморозила Скаара, и всё пошло наперекосяк. Дядя в ярости, «Ястребы» мечут громы и молнии, а я... — она вздохнула. — Сейчас я начинаю сомневаться в правильности их действий. Чтобы спасти страну, как это понимает Калед, нужно сорвать переговоры с Лакором. Для этого требуется жертва, и лучшая жертва — его собственный сын. Не смерть, а инсценировка покушения, которое можно будет громко объявить происками Лакора. Лукас должен пострадать ровно настолько, чтобы стать живым символом «лакорского вероломства». Мучеником, сплотившим нацию. Калед жертвует сыном ради идеи.

Я молчала, переваривая услышанное.

— Зачем ты мне всё это рассказываешь?

Морвенна смерила меня долгим тяжёлым взглядом.

— Я приспособленка, Винтер. Ветер подул в другую сторону — я решила сменить позицию. Мне плевать на дядю Кайла, но мне не плевать на себя. И я хочу жить, а не существовать. Если понадобится, буду зубами выгрызать свое право на жизнь. Мне очень нужно пройти этот Турнир, чтобы вырваться в лучшую жизнь. Я прекрасно понимаю, что без тебя наша команда его не пройдёт и скорее всего будет сожрана на первом же испытании. А значит — ты мне нужна. И я заинтересована в том, чтобы ты довела нас до финиша.