Книга Мой талантливый враг 2, страница 56 – Дарья Сорокина

Наглость Винсента сегодня совсем не знала границ. Но недолго на моих губах было недовольное выражение. Мой вечный соперник и тут оказался проворнее и, опережая все мои вопросы и возмущения, сделал то, о чем я мечтала со своего первого сна с его участием. Винни поцеловал меня. Сложно назвать этот голодный порыв романтичным, мы словно оба тонули все это время, а сейчас жадно глотали воздуха до боли в легких, до головокружения, до ярких бликов перед глазами.

Мне было мало. Я боялась отпустить его, а потом проснуться в моей комнате, обнимая коробку и осознавая, что мне пригрезилось все это. Слишком уж нереальным было происходящее. Прошептала Вестерхольту прямо в губы:

— Я уже в делирии? Свихнулась, да?

— Тогда мы оба в нем, – задыхаясь, но, разрывая поцелуя, ответил Винсент.

Скоро отец и слуги начнут что-то подозревать. Слишком долго мы спускаемся к ужину. Но я не хочу первая останавливаться, если бы у меня была бы возможность выбрать свою смерть или помутнение рассудка, то пусть это будет именно так, в его объятьях, у него на губах. Хочу растаять, раствориться, стать с ним одним целым прямо тут на этом жутко неудобном столе.

Винсент отстранился первым, взял мою руку с кольцом и поцеловал безымянный палец, и если до этого мне казалось, что лучше быть не может, то этот простой жест добил меня окончательно.

— Могу я спросить, почему ты дотянул все до последнего момента? Поцеловал бы меня вместо дуэли, и мы бы сцену в академии не сожгли.

— Даже не представляешь, каких трудов мне стоило сдерживаться эти годы. Но твой дружок Немет подкинул мне шикарную идею.

Я насупилась. Понятно же, что к этому разговору нам все равно придется вернуться, и расползшееся по всему эфиру фото никуда волшебным образом не денется.

— Никакой он мне не дружок!

Винсента забавляло мое раздражение. А меня это ещё сильнее бесило. Разве так ведёт себя ревнивый парень? Чего он так лыбится, и в глазах задорные черти.

— Ты ведь не убил его? Чего довольный-то такой?

— Смешная. Оправдываешься, переживаешь. Мило так.

— Ты на вопрос не ответил! О Музы, ты уже под арестом и напоследок решил меня поцеловать!

Вестерхольт уже не сдерживал смех.

— Тебе на литературный факультет поступать надо было, ну и фантазия, Нана! Все с Неметом в порядке, ну почти… – он задумчиво осмотрел костяшки пальцев правой руки, и я заметила, что кожа на них была болезненно красной.

— И кому ты вломил? Ласло и Адриану?

— Обоим, – равнодушно ответил Винс. – Ласло я при тебе ушатал ещё. А потом ты дёру дала.

— А ты не сильно-то догнать меня пытался, – я скрестила руки на груди.

— Твой отец сразу же мне позвонил, сказал, что ты едешь домой. Он просил спокойно уладить все в Клостер-ам-Зее. Я уладил. Немет уже записал извинение и опровержение.

Как-то все просто. Или нет?  Я вновь посмотрела на руку Винсента, переваривая случившееся. Дрался за меня. Даже барабанщика выгнал. Ласло, конечно, повел себя как кретин, но это уже перебор. Хотя мне все равно жутко приятно. Главное — не привыкать к такому.

— И чем же Немет помог нашим отношениям? Что за идея?

— Я увидел, что ты не отключилась от поцелуя с ним. Я подумал, что мы можем поцеловаться в необычном месте, при необычных обстоятельствах, и все получится, – он ткнул себя пальцем в губу без серьги.