Книга Мой талантливый враг, страница 60 – Дарья Сорокина

— Он будет просить моей руки, Шай. Наконец-то!

Она ещё раз уткнулась в письмо, словно его можно было как-то иначе прочитать.

— Ты уверена? Новости бывают разные. Его могли повысить в конце концов. Назначить заведующим кафедры, или даже деканом.

— Ау, Шай!“Дорогая Елена! Важные новости! Обсудим в кофейне.”Это же свидание. Он там и сделает мне предложение.

Почему-то сейчас она очень злила меня своими вопросами и сомнениями. Почему не может просто порадоваться? Почему смотрит снисходительно и с жалостью?

— Предложение в университетской кофейне, ты уверена? Лена, он сильно старше тебя. Я просто…

— Стоп! – запротестовала я. – Я знаю, твоё отношение к Флориану, и мы не будем его обсуждать более, иначе поссоримся. Но я люблю его, Шай. Люблю. Просто порадуйся за меня.

— Я рада, но…

Я вскочила с кровати и вырвала у неё из рук письмо. Может, съехать было не так уж плохой идеей? Не было бы этих взглядов жалостливо-понимающих. А ещё я устала от её попыток сосватать мне Вестерхольта. Он приплачивает ей, что ли? Я ещё не просила ей выходу с кружевными трусами, которые до сих пор врезаются мне промеж ягодиц.

— Лена, просто послушай. Ему тридцать пять. Он…

— Нет. Не хочу ничего слушать. Ты про это тоже придумаешь глумливый танец, да? Будет так весело высмеять мои наивные чувства? Глупая Нана, влюблённая в своего преподавателя.

Это вырвалось само. Шайло переменилась в лице и потупила взгляд, а я не нашла в себе сил забрать слова обратно. Я пожалела о них в тот же миг, но я была так обижена и зла на ее менторский тон, что с трудом сдерживала себя, чтобы не наговорить ей ещё больше гадостей.

Шай шмыгнула носом:

— Ты ещё хочешь сходить за видеофоном, или мы теперь в ссоре?

— Не хочу. Верну Винсенту его вещи, а потом пойду в библиотеку.

— Письмо только ему не показывай. Ты лучше ему вообще про Флориана не говори, ему будет очень больно, – напутствовала Шай.

Она распустила волосы обратно и забралась к себе кровать.

— Его это вообще не касается.

Подруга лишь пожала плечами, нащупала на столе свой видеофон и уткнулась в экран. Разговор на этом мы видимо закончили, а за окном как-то резко потемнело и начали раздаваться отдалённые раскаты грома.

Вот и погуляли в последний солнечный день.

Надо было бы помириться, но я не находила слов. Молча вытащила из сумки ремень Винсента и вышла из комнаты. Только когда домик сестринства остался позади, я осознала, что понятия не имею, где живет Вестерхольт.

Не спрашивать же у прохожих! Шая-то наверняка знает, но вернуться к ней и попросить помочь, мне гордость просто не позволяет! Я все еще обижена на нее. Обижена, но зачем-то бегу к Винсенту. Именно сейчас, когда подруга зародила в моей душе сомнения, мне важно убедиться в том, что никаких чувств к Вестерхольту у меня нет. Это всего лишь наваждение последних лет и коварная магия музыки. Посмотрю ему в глаза, и все станет ясно.

Но раз за разом память сама разворачивала передо мной картинки. Вот Винс яростный и страстный, во взгляде огонь и решимость, вот лукавство и смешливость, а вот нежность и забота. Он всегда разный со мной. Даже наша вражда всякий раз претерпевает изменения. То она обретает форму опасной дуэли, то мы просто препираемся, а ещё…

Как назвать утреннюю игру с пером, после которой мне до сих пор щекочет губы?