Онлайн книга «Мой талантливый враг»
|
Было несложно, ребята своё дело знали, и я легко подстраивалась под них. Я вплеталась в ритм, который задавал Ласло, укрепляла структуру, чувствовала, как вывожу рисунок по заданному трафарету, а уже создавал его Винни. Я словно шаг в шаг следовала за ним, как затаившийся в темном переулке преступник, жаждущий мести. Те ли это чувства, что должны были быть у меня во время этой песни? Не знаю, но именно этого я и желала. Догнать и стукнуть его посильнее. А потом Винсент запел, обрушивая на меня всю мощь своего надрывного чуть хрипловатого голоса, и вот я уже сама оказалась в зале среди зрителей, поражённых его исполнением. Соль и металл, Когда тебя целовал Я чувствовал боль, Металл и соль. Слезы твои, когда стирала ты нас В тот час! А я смотрел и не знал, Что вечно соль и металл Останутся на губах. Во снах! Но может встретимся вновь, Я вытру с губ своих кровь. Исчезнет соль и металл. Я ждал! Так ждал. ТЕБЯ Я ЖДАЛ! – Ты видел? Ты это видел? – я пыталась перекричать громкую музыку в клубе и трясла за рукав высокого нескладного парня. Он притащил меня на этот концерт, и если мой отец узнает, то голову ему оторвет, а потом и клуб закроет. Но мне было все равно. Меня уносило на волнах драйва. Я вскидывала вверх кулак, отставляла указательный и мизинец показывая козу. Мне нравилось это. Нравилось! – Что я видел? – проорал мне на ухо мой спутник, и у меня зазвенело ещё сильнее. – У него кольцо в губе. Представляешь? Как он ест? И как… как он целуется? Последний мой вопрос заставил парня покраснеть, и он не сразу ответил. – Не знаю. Это надо пробовать. Гитарное соло вырвало меня из этого видения и перенесло на берег горного ручья. Он так стремительно несся, бился о камни, что за его шумом я не услышала шаги за спиной. Обернулась: – Великие Музы, что с тобой приключилось, Винни? Мой друг стоял с опухшей губой и то и дело морщился от боли. За неестественной краснотой я разглядела блеск серьги. – Твой отец убьёт тебя. Зачем ты это сделал? Он молчал. Смотрел на меня так по-взрослому, так серьёзно. Что я вдруг оробела. – Нана, ты же хотела узнать… Сглотнула. В груди началось настоящее стаккато. Я не глупая и намеки понимаю. А это сейчас самое настоящее признание в любви. Он ради меня пострадал, навлек гнев отца, проколол губу, чтобы я узнала, какой он на вкус этот странный поцелуй. – Хотела… – Вот же я, Нана. Узнай меня, пожалуйста. УЗНАЙ МЕНЯ! — Соль и металл! Песня закончилась, и я снова оказалась на сцене. Тонула в криках и аплодисментах. В этот раз нами были довольно, и никто не бросался бутылками. Я пыталась отдышаться и не смотреть на Винсента. Что это сейчас было? Мастерская иллюзия, вызванная музыкой, или нечто другое, выдернутое из глубин подсознания? Я чувствовала на губах тот трепетный и болезненный поцелуй. Он действительно был с привкусом соли и металла. Мне было не с чем сравнить его, ведь я до этого и не целовалась ни разу. Вот же глупая. Интересовалась, как с пирсингом целоваться, не зная как вообще целоваться. Да что со мной такое?! В груди все так же лупит, слово кто-то прямо по моим венами слэпует, и я вся дергаюсь и дрожу, не в силах унять эти сладкие вибрации. Все Винсент с его иллюзиями виноват. Знает, что этот вопрос засел в моей голове и придумал историю, в которую меня затянуло. |