Книга Мой сводный дракон, страница 84 – Ирина Коняева

Рагнар не шелохнулся. Даже глазом не моргнул. Лицо – что каменная маска.

И как с таким общаться? Как спорить, ругаться, запугивать? И пошутить не выйдет.

Ослабила галстук, завязала аккуратным узлом. Хотела отступить – не дал. Захватил руку в плен, перевернул, мягко коснулся горячими губами тонкого запястья.

— Благодарю, моя драгоценность, – произнёс хрипло.

Моя рука покоилась в его ладони. Он её не удерживал, а я – не убирала. Только смотрела в невероятно прекрасные огненные глаза с расширенными зрачками, пытаясь обрести связь с реальностью.

— Я не драгоценность, – отчего–то начала я с конца, но опомнилась и добавила: – И не твоя. И вообще, Рагнар, скажи, что там с моим будущим? Меня может забрать в жёны ваш повелитель?

— Не ваш, а наш, – напомнил брат, поднимаясь и продолжая собираться. – Разумеется. Ни одна девушка Эрмида не может отказать королю без особых обстоятельств. В случае с тобой всё куда сложнее.

— Почему?

— Кровь огненных тёмных – слишком большое искушение, Алессаль. Ради неё правящая семья пойдёт на всё. Если обычную девушку могут защитить помолвка, брак, беременность, обучение в академии, то тебе не поможет ничего из перечисленного: жениху прикажут отменить помолвку, мужа убьют, ребёнка примут в семью и воспитают нужным образом, из академии отчислят… Думаю, суть ты уловила.

Рагнар надел расшитый серебром тёмно–синий камзол и поправил завязанный мной галстук, затем подошёл ко мне, приподнял пальцами подбородок и поцеловал кончик носа.

Зыркнула на него, отступила, насупилась.

— И что мне делать? Я не хочу замуж за короля. Как мне скрыть Тьму?

— Это тоже не поможет.

— Из–за огня?

— Да. Драконам живой огонь не менее интересен, чем Тьма, – объяснил Рагнар в кои–то веки сразу без дополнительных расспросов, а далее и вовсе удивил, продолжив: – Тысячи лет империя драконов поклонялась живому огню, как наивысшей святыне, пока не утратила его. Носителей живого огня среди драконов больше не было, он ушёл к людям, но те, к сожалению, не могли с ним справиться.

— А как же огненные тёмные?

— Они держались обособленно даже войдя в союз, о них практически ничего не известно.

— И тем не менее в Ургране есть мебель, уникальный в своём роде каад, а у тебя – некоторые знания, – заметила я, прогуливаясь по комнате, лишь бы не пялиться на чертовски сексуального братца в парадном камзоле. – Я так понимаю, это связано с тем тёмным, что вытащил Ургран вместе с твоим предком из полуразрушенного мира и установил его здесь. Ты знаешь его имя?

Сердце застучало, как сумасшедшее, ведь именно этот тёмный может оказаться моим родственником. Может, даже отцом. Кто знает, сколько живут истинные тёмные, это не Земля, здесь много чудес.

— Нет. Но я почти уверен, что он может быть твоим отцом или дедом, неспроста цаны позволили тебе надеть свою корону, неспроста заботятся. Подозреваю, признали кровь и возвращают долг перед тёмным родом.

— Я думала, что им понравилась, – произнесла немного расстроенно.

— Ты невероятно наивна там, где не нужно, и недоверчива с теми, кто искренне пытается тебе помочь, – с очевидным намёком произнёс Рагнар.

— Я действительно ничего не знаю. И каад не сказал ничего такого… Имя сказал, да, но его ведь нельзя выдавать.

— Назови род и предназначение, только это имеет вес. Клянусь жизнью, я сохраню твою тайну и не предам.