Книга Его строптивая любовь, страница 219 – Ирина Коняева

— Постоянно, — не стала таиться я. — Даже бедные драконы находят истинные пары, которые истинными не являются. Один уже вторую такую нашёл, — покаялась, склонив голову и покраснев.

— А ты умеешь веселиться, — рассмеялся повелитель огненных тёмных. — Ну что, прогуляемся в храм? Они как раз завершают песнь призыва. Кстати, знаешь, о чём поют?

— Нет. Не понимаю языка.

— Эти замечательные господа и дамы поют ритуальную песнь, активирующую мою камеру пыток. Вода начинает активно пить из меня энергию, собирает её на поверхности озера и передаёт присутствующим в храме монархам и воинам. А сегодня они поют, поют, а энергия всё не идёт. Интересно, почему, да? — хмыкнул повелитель, но в голосе его звучала не шутка, а обещание жестокой расправы.

— Волны поднялись, — заметила я, разглядев белые хлопья пены за храмом. — Странно, этого не было во сне.

— Пора нам спускаться. Если дамы перешли к морю, значит, во дворце и городе закончились враги и они заскучали, — с нежностью произнёс повелитель. — А нам это не нужно, правда ведь?

Он вновь подмигнул, я же смутилась, не сообразив, что он имеет в виду. Неужели не планирует уничтожать мир сайрен? Или я вновь мыслю человеческими категориями, а на самом деле тёмный тоже хочет немного встряхнуться и «развлечься», если использовать лексикон Маэстро.

Повелитель не отпускал моей руки и придерживал, не позволяя оступиться или поскользнуться. А я неожиданно засомневалась, справимся ли мы вдвоем. От меня толку не было, а отец ещё слишком слаб по сравнению с вытянувшими его силы сайренами, которые, к слову, находятся непосредственно у накопителя — соединённого с камерой озера. Кроме того, местные ведь однажды уже смогли поработить огненного тёмного…

— Меня заманили хитростью, дочь, — объяснил отец, бессовестно подслушав мои мысли. — Позволили поговорить с Гранад, пустив в её камеру. Без артефактов, конечно, и под честное слово не использовать силу. Как тебе?

— Это придумала женщина, — убеждённо произнесла я.

— Однозначно. Они обставили всё весьма разумно: аудиенцию назначили на следующий день, а ко мне подослали продажного, не посвященного в дела правящей семьи, слугу, который за приличное вознаграждение и под честное слово провёл меня к твоей матери. Слуге наверняка «совершенно случайно» кто–то из коллег подсказал хитрость с честным словом повелителя, сам бы вряд ли додумался. Приготовились загодя.

— Вы не смогли прочитать в его мыслях ничего подозрительного и пошли.

— Да, — просто согласился отец. — Привык, что у меня нет достойных врагов, расслабился и получил по заслугам. Так, ну что, дочь, последнее тебе испытание. Нужно разорвать ошейник. Если сделаешь это сама, получишь право распорядиться жизнями родственников. Нет — решу по своему усмотрению.

Мы уже достигли снежного поля, и я опасалась говорить громко, однако повелитель и не думал таиться. Видимо, мы были скрыты магией от окружающих, а я не чувствовала.

— Как это сделать? — уточнила, настраиваясь встретиться с чудо–родственниками со стороны матери.

— Без понятия, — выдал повелитель явно подслушанную у меня фразу, потому что она даже звучала точь–в–точь. — О! Я придумал, как тебя подтолкнуть к решению данной проблемы! Запрещу выходить замуж за дракона и назначу ещё с десяток неприятных ограничений, — с улыбкой до ушей проговорил отец.