Книга Его строптивая любовь, страница 154 – Ирина Коняева

«А мне нравится держать гадов в страхе», — вдруг осознала я. И без того прямая спина ещё сильнее выпрямилась. Затем вновь напомнила себе, что главное — не стать какой–нибудь тёмной властелиншей в самом плохом и даже комичном смысле этого слова. Большая власть — большая ответственность, об этом нельзя забывать.

Волк обернулся человеком. Это произошло так быстро, что я не успела ничего толком разглядеть, а потом… потом вспомнила наставление Цоды: «Нельзя смущаться, тем проявляя слабость».

Смерила обнажённого мужчину холодным взглядом, остановила взгляд на точке между бровей, как рекомендуют земные психологи. Наклонила голову, напоминая, что я жду объяснений.

— Ты не заставишь меня говор–рить, — отрывисто бросил оборотень. Его глаза были совершенно дикими, нечеловеческими, невероятно злыми и голодными. И поза неустойчивая, нервная. Будто вот–вот сорвётся на бег, схватит за шею, свернёт в один миг.

Страха нет. Я остро чувствую всё происходящее. Сила на моей стороне.

Демонстративно подняла руку, щёлкнула пальцами, испаряя висящие между нами мечи. Света стало немного меньше и тело оборотня превратилось в прекрасную статую с чётко очерченным рельефом. Кошки заинтриговано развернули морды, разглядывая, я же себе того позволить не могла. Да и на что там смотреть? У меня есть куда более шикарный образец для любования.

— Я не собираюсь тебя пытать, — сообщила с улыбкой. Весёлой–весёлой. Немножко демонической, возможно. Хотя я, правда, очень старалась быть милой. Ну, не вышло. С кем не бывает?

— Как ты нас почувствовала? — тут же задал вопрос мужчина, притом говорил с таким нажимом, что я чуть было не ответила. Давить он умеет — ничего не скажешь. Только я — не одна из его волчиц.

Взмахнула ресницами, небрежно пожала плечами, а затем добавила в голос стали и ответила тихо и неожиданно страшно:

— Здесь я задаю вопросы.

Воцарилась тишина. Я и сама, признаться, обалдела от своих магических умений, которыми прежде не пользовалась по незнанию. Не зря говорят, что человек проявляет себя в экстремальных ситуациях. Вот и я, попав в переделку, слой за слоем вскрывала дарованные Тьмой и предками таланты.

— Пока не услышал ни одного, — заметил он, складывая руки на груди.

Что там говорят земные психологи? Если не ошибаюсь, это защитная поза. Нервничает волк. Злится, но нервничает. Не желает потерять лицо перед стаей. Текущая ситуация — прямая угроза его статусу.

— Вы помешали моему отдыху, — произнесла, изогнув бровь. — Подкрались со спины, планировали напасть ни с того ни с сего. Недостойное поведение.

— Ночь — наше время, — рявкнул мужчина. Волки за его спиной согласно рыкнули.

Ни один мускул не дрогнул на моём лице. Я прекрасно знала правила академии и свои права — в Эрмиде девушкам их достаётся так мало, что приходится быть во всеоружии. Но Беарра кивнула, когда я на неё посмотрела, подтверждая, что волк говорит правду, я вторглась на их территорию в их законное время. Оборотням нужно давать волю инстинктам, вот их, по–видимому, не ограничивают дневными прогулками по лесу.

Но правила–то нет! Академия лишь рекомендует не гулять по ночам. Не запрещает. Хотя… это ведь Эрмид, здесь всё шиворот–навыворот. Не выжил — твои проблемы. Хочешь гулять по ночам — обеспечь себе безопасную прогулку. Или будь достаточно удачлив — не попадись на зубок зверю.