Книга Контракт с монстром, страница 181 – Анастасия Ригерман

Брат, уже из комнаты, крикнул в ответ, и в его голосе прозвучала та самая тяжесть, которую мы привезли с собой из леса:

— Да. То, что мы выяснили… это многое меняет. Все меняет. — Он вышел с походной сумкой, на ходу закидывая в нее бутылку воды, медикаменты, теплые вещи, пачки патронов. Движения были резкими, выверенными.

— Ты снова куда-то уезжаешь?

— Как вернусь, все расскажу в подробностях. А пока… присмотри за Юлей. Она нам очень помогла. И… попала в самую гущу.

Демьян Иванович медленно перевел на меня взгляд. Его взгляд, холодный и пронзительный, будто сканировал на предмет повреждений, лжи и слабости. На мужских губах появилась ядовитая, недобрая ухмылка.

— Присмотреть, — протянул он, и в этом слове было столько скрытой угрозы, что по спине пробежали мурашки. — Даже не сомневайся. Иди, сынок. Делай, что должен.

Отец и сын обменялись короткими, тяжелыми взглядами, полными невысказанных приказов и предупреждений. Потом Игнат кивнул мне, будто говоря: «Все будет хорошо. Ты дома». И ушел. Дверь захлопнулась, оставив меня наедине с тишиной и с ледяным, недобрым присутствием дяди.

— Ну что, племянница, — сказал он, и его голос стал нарочито спокойным, почти ласковым. — Рассказывай, как ты им «помогла». Но сначала согрейся. Вид у тебя… В гроб краше кладут. Как привидение.

Он повернулся и направился на кухню. Я, словно загипнотизированная, поплелась за ним. Включился свет, резкий и неприятный. Демьян Иванович поставил на плиту чайник, достал две чашки. Его движения были медленными, точными. Он стоял ко мне спиной.

— Дядя, я просто хочу спать, — пробормотала я, чувствуя, как веки наливаются свинцом, а в висках стучит усталость.

— Сон подождет, — отозвался он. — После чая. Очень полезный, травяной. Успокаивает нервы и согревает.

Чайник зашипел. Он заварил душистые травы. А потом я заметила, как в его руках мелькнула какая-то склянка с неизвестным содержимым.

— Вот, пей. Лучшего средства не найти, всегда помогает, — поставил дядя передо мной чашку. Аромат мяты и чего-то горьковатого, лекарственного ударил в нос. — Выпьешь, и все расскажешь. От начала до конца.

Его глаза сверкнули холодным, хищным интересом.

— Спасибо, но я, пожалуй, откажусь, — слабо выдохнула я, отодвигая чашку.

— Не капризничай, — его голос стал жестким, как сталь. — Пей. Это не просьба, тебе нужно согреться. Не выпьешь сама, волью силой.

Такого поворота я не ожидала. С другой стороны, не отравить же он меня решил после того, как целый месяц мечтал поскорее пристроить замуж? Максимум — что-то разведать. Но я и сама уже не собиралась ничего скрывать. Так пусть спрашивает на здоровье. Игнат вернется, и все слово в слово подтвердит.

Под тяжелым, не терпящим возражений взглядом, я потянулась к чашке, и поднесла ее к губам. Пар обжег лицо. Запах был действительно успокаивающим.

Всего один маленький глоток. Жидкость оказалась обжигающе горячей и невыносимо горькой. Я скривилась.

— До дна, — мягко, но неумолимо приказал Демьян Иванович.

И я выпила. Почти сразу же мир вокруг пошатнулся. Свет на кухне поплыл желтыми пятнами. Звук его голоса: «Ну, и что же вы там нашли?» — донесся как будто из-под толстого слоя ваты. Я попыталась встать, но ноги не слушались, пол куда-то убегал.

— Дядя… что вы… — успела я прошептать, прежде чем голова закружилась еще сильнее.