Книга Добродетель злодейки. Том 2, страница 62 – Bae Hee Jin

«Что несет этот старый маразматик? Что наложить проклятие было благом?»

Когда я слушала эгоистичную тираду Гешута, страх улетучился, на его место пришел гнев. В таком состоянии я, пожалуй, могла бы сразиться с призраком.

Пока я искала возможность, Гешут продолжил:

— Ты ужасно не хотел становиться магом, но проклятие должно было самоуничтожиться, когда ты искренне пожелаешь учиться колдовскому искусству. Однако… здесь есть дополнительное необходимое условие, Хамель Брей.

— Господин Гешут… что вы еще сделали со мной?

— Только если ты применишь магию ради моей внучки Лераджии, проклятие действительно снимется. То, что будущее Лераджии мрачно, было предсказано с момента ее рождения. Я хотел, чтобы она выжила любой ценой…

— Вы понимаете, что говорите? – взволнованно закричал Хамель на Гешута. Хамель, который всегда вел себя сдержанно, впервые по-настоящему разозлился.

— Поэтому я создал кулон и дал его Лераджии. Даже если я умру, я вложил в него свое намерение, чтобы всегда оберегать это дитя.

— Вы…

— Я знал, что в последнее время ты искренне счастлив использовать магию. Я не сомневался, что твое проклятие скоро снимется. К тому же твоя магия, сегодня направленная на Лераджию, в итоге будет способствовать снятию проклятия.

— Ха… Если вы наложили на меня проклятие с такими мыслями… Я бы не стал пытаться спасти леди Лераджию. – Хамель тяжело выдохнул. Его серые глаза за очками сверкнули яростью.

— Хо-хо, но твоя искренность уже доказана…

Гешут плохо слышит слова Хамеля? Или у призраков нет ушей? Он говорил только о своем. Или же вообще не собирался слушать ученика.

— Проклятие, которое долгое время сковывало тебя, исчезнет.

Едва Гешут умолк, над головой Хамеля забрезжил белесый свет. Тот самый свет, который Хамель раньше называл нимбом. Свет становился все интенсивнее, вскоре он уже ярко озарял голову Хамеля. Действительно, сияние напоминало нимб или ореол.

Не было ли сияние знаком снятия проклятия? Я не могла отвести глаз от света.

— Ах да, и принц Изана. – Гешут встрепенулся, посмотрев на Его Величество. – Принц, хотя нет… вы ведь уже король… Вы, наверное, винили меня за то, что я наложил на вас проклятие из-за такой мелочи, но ваши слова о том, что вы не верите в магию, стали для меня огромной раной. Вы словно отрицали мое существование, а я был человеком, посвятившим себя магии. Поэтому я и проклял вас.

— С-сумасшедший! Этот старик совсем спятил, серьезно! Его Величество долгие годы страдали из-за проклятия. Чего вы так гордитесь! – Я больше не могла слушать и подскочила к призраку.

Я свирепо уставилась на Гешута, сжав кулаки, но призрак даже не взглянул на меня.

Он полностью игнорировал мой порыв и снова заговорил:

— Я хотел не веры в магию и не веры в людей. Я хотел совершенной веры друг в друга. Теперь вы обрели ее, Изана, и скоро ваше проклятие снимется.

«Совершенная вера друг в друга».

Это означало, что не только один Изана должен всецело доверять кому-то – необходимо обоюдное доверие.

Это могла быть вера между мной и Изаной… или вера между Изаной и Хамелем.

Внезапно над головой Его Величества заклубилось точно такое же сияние, как и тогда в моем саду некоторое время назад.

Но я так сильно разозлилась, что не могла терпеть. Прежде чем Изана и Хамель успели меня остановить, я шагнула к Гешуту, приблизившись вплотную. А потом с мыслью: «Справлюсь ли?» – вытянула руку, намереваясь схватить его, но мои пальцы прошли сквозь полупрозрачное туловище привидения.