Книга Добродетель злодейки. Том 2, страница 126 – Bae Hee Jin

Не нужно гадать, искренни ее слова или нет, это чувствовалось как абсолютная правда. То, что она так жаждет чьей-то любви. Факт, что проклятие Хамеля снято, ощущался как реальность.

— Хамель не думает о вас плохо. Скорее он испытывает к вам симпатию…

Я вспомнила Хамеля, у которого покраснели уши, когда он говорил о Шехере. Если бы у него совсем не было интереса, он бы не привез Шехеру в королевство. У мага, который выглядит мягкотелым, тоже есть холодная сторона, и то, что он считает «не своим», он действительно отрезает одним махом. Таково мое впечатление от встреч с ним. Но, конечно, у него гораздо больше мягких сторон.

— Но я хочу любви Хамеля. Не просто симпатии, – вздохнула принцесса. – Поэтому я пришла к милой госпоже Джинджер.

— Что?

— Расскажите мне о Хамеле. Я хочу узнать его получше. Думаю, что в таком случае мне будет легче заставить его полюбить меня…

— Верно, – согласилась я.

Ведь сначала я черпала информацию об Изане из романа «Заключенный принц и дочь маркиза», благодаря чему нашла путь к сердцу Его Величества.

— Хамель совсем не рассказывает о себе. Мне обидно! Поэтому я хочу, чтобы милая госпожа Джинджер мне помогла.

Сперва Шехера назвала меня имбирем, однако ее действия опережали мысли, что иногда смущало, но я подумала, что она неплохой человек. К тому же разве она не та, кто приехала из далекой империи в королевство, потому что ей нравится Хамель?

Я решила поддержать ее любовь.

— М-м-м… Хорошо, тогда я сейчас расскажу вам о Хамеле.

Шехера немного успокоилась и очаровательно улыбнулась:

— Спасибо!

Я прокрутила в голове наши с Хамелем встречи. Как впервые увиделись, когда ехали вместе в карете, как он прятался в шкафу и плакал, как признавался мне…

Воспоминаний оказалось очень много!

— Во-первых, он очень жалеет, когда погибает живое существо. Если будете гулять вместе и заметите муравья, обязательно обойдите, чтобы не наступить.

Я вспомнила его, уворачивающегося от муравьев в смешной позе: как мило и забавно было видеть Хамеля в эти минуты. Он действительно испугался, что они могут быть раздавлены его большой ногой.

— У Хамеля клаустрофобия. Ему очень тяжело находиться в замкнутом пространстве. Поэтому никогда с ним не ходите в такие места.

Я вспомнила его горячие слезы в тот момент. Взрослый плакса… Кстати, сможет ли он создать магию, избавляющую от клаустрофобии?

— И на всякий случай обязательно носите с собой носовой платок. Он плакса.

Шехера слушала меня и кивала. В ее глазах чувствовался огромный энтузиазм не пропустить ни слова из того, что я говорю.

— Иногда он язвительно шутит, и ему нравится, когда тот, над кем он шутит, вспыхивает. Даже если не очень обидно, разок вспылите. Тогда он принесет вам извинения и подарит красную розу.

Я вспомнила розы, которые получила от него. Они до сих пор стояли у окна в моей комнате, не увядая. Искренность, с которой он вручил мне цветы тогда, надеясь достучаться до меня, почему-то лишила меня слов сейчас.

Через несколько секунд я сумела выговорить, что хотела передать:

— И последнее… Любите его сильно. Он вырос, не получая любви с детства, поэтому отчаянно к ней стремится.

Шехера снова кивнула.

Я тихо добавила:

— Я буду поддерживать вашу любовь. Любите его как можно сильнее. Сделайте его счастливым.