Книга Фейридейл, страница 275 – Вероника Ланцет

— О чем ты говоришь, Авель? Ты же знаешь, что это был несчастный случай, – возражает Авраам.

— Нет! – выплевывает тот. – Во всем виноват ее муж, и он, черт возьми, даже не человек. – Авель тычет в меня пальцем, и его глаза вспыхивают от отвращения.

— Авель…

— О чем он, мама?

— Джеремии Крида не существует, брат. И никогда не существовало, – продолжает Авель, по-видимому получая огромное удовольствие оттого, что раскрывает брату всю правду.

Я замираю.

Как… Откуда он узнал об этом?

— Настоящее имя ее мужа – Амон. И он демон. Гребаный демон, который убил наших родителей и выставил все как несчастный случай. Демон, который убивал людей на протяжении веков!

— Авель, пожалуйста… – шепчу я, пытаясь остановить его.

— Ну давай, скажи. Скажи нам, что это неправда, – самодовольно говорит он, закидывая руку на плечо Авраама.

Авраам смотрит на меня в ожидании, что я опровергну слова его брата, но я не нахожу в себе сил сказать хоть слово. Однако именно это, как ни странно, и подтверждает мои худшие опасения.

— Тебе рассказала моя мама? – тихо спрашиваю я.

— Бабушка? Нет, – смеется Авель. – Хотя ей пора бы узнать. Весь ковен должен узнать, где прячется этот чертов демон.

Нет… Амон… Он в безопасности? Он…

— Ты все неправильно понял, Авель. Пожалуйста, позволь нам все объяснить. Амон не…

— Не кто? Не убийца? Не демон? Не проклятое злобное существо, которое убило наших родителей только потому, что могло? Ты сумасшедшая, если думаешь, что я буду тебя слушать, Элизабет, – многозначительно говорит он мне.

— Мама, какого черта здесь происходит? – Авраам в замешательстве переводит взгляд с меня на брата и обратно.

— Да, мама. Расскажи своему драгоценному сыночку. Расскажи, как защищала демона, как вынудила нас называть отцом убийцу наших настоящих родителей!

— Где, во имя всего святого, ты все это услышал? Кто тебе сказал? Потому что ты все совершенно неверно истолковал, – выпаливаю я, потому что мне надоело слушать обвинения и оскорбления в адрес Амона.

— Кресс и Финн мне рассказали, – самодовольно отвечает Авель. – Они рассказали все.

Что?

— Они также раскрыли мне секрет твоей вечной молодости, – продолжает Авель.

— О чем ты говоришь? – Я хмурюсь.

Он кивает на мою шею – на ожерелье, с которым я никогда не расставалась.

— Все совсем не так, Авель. Если ты позволишь мне объяснить… – Я делаю глубокий вдох, стараясь сохранять самообладание.

Но после всего пережитого не могу взять себя в руки.

— Не хочу слушать никаких объяснений! – кричит он. – Мне ничего от тебя не нужно! Ты уже убила моих родителей. Думаешь, слова вернут их обратно? Вернут мне те годы, которые вы отняли у нас? Нет! Это так не работает.

Я отшатываюсь от его злобного тона, а по спине пробегает холодок.

Авраам подходит ко мне, несмотря на замешательство на его лице, и хватает меня за руку, крепко сжимая ее.

— Ты сумасшедший, Авель, – говорит он брату. – Не могу поверить, что не заметил этого раньше. Все это время ты глубже погружался в себя, а я не обращал внимания…

— Это я-то сумасшедший? – Авель смеется. – О, как же ты ошибаешься, брат. – Он качает головой.

Достав из-за пазухи нож, он начинает размахивать им в воздухе с безумной улыбкой.

— Раз уж я сумасшедший, то у твоей мамы должна пойти кровь, когда я сделаю так? – цедит Авель, и не успеваю я разгадать его намерения, как нож уже вонзается мне в плечо.