Книга Сияние вечного пламени, страница 77 – Пенн Коул

Послышались приближающиеся шаги. На миг внимание Лютера переключилось на них, потом он взял меня за руку и повел по коридору.

Пока мы шли, я обдумывала слова Лютера, презирая ощущение неверности, которое они вызывали, и сомнения, которые они обнажали. В Смертном Городе друзей у меня почти не было. Странные глаза, резкость и склонность нарушать правила делали меня слишком большой обузой.

— Элинор надежная? – спросила я.

— Она твой единственный советник, и ты спрашиваешь меня, можно ли ей доверять? – сухо спросил Лютер.

— Не ревнуй, Лю! – съязвила я, заработав злой взгляд. – Ответь на вопрос. Можно рассказать Элинор о Генри?

— Да. Элинор верна тебе, – раздраженно проворчал Лютер. – Она начисто перестала со мной разговаривать, потому что думает, что ты мне не доверяешь.

— Неужели? – Я просияла.

— Не обязательно так сильно радоваться, когда настраиваешь против меня очередного члена моей семьи. Сора обожала меня, а теперь, когда я вхожу во дворец через парадную дверь, она пытается откусить мне руку.

Я расхохоталась. Лютер наблюдал за мной и от моего хохота невольно просветлел лицом. Но потом я снова подумала о Генри, и настроение испортилось.

— А Элинор будет волновать, что Генри смертный?

— Каждого жителя Люмноса будет волновать, что он смертный.

Я раздраженно вздохнула:

— Ну а ты… Будь ты мне другом и никем больше, что бы ты мне посоветовал?

Лютер ответил без малейшей заминки:

— Если мужчина заставил тебя сомневаться в том, что его любовь переживет любые испытания, он тебя не достоин.

Лютер выпустил мою руку и резко остановился у двери зала, в котором за длинным столом уже сидел Реми.

— Отец, – коротко поприветствовал его Лютер.

Проигнорировав сына, Реми встал и низко поклонился:

— Ваше Величество!

— Регент! – отозвалась я, переступая порог.

Лютер отодвинул деревянный, украшенный затейливой резьбой стул во главе стола и жестом предложил мне сесть.

Когда он потянулся к неукрашенному стулу напротив отцовского места, Реми поднял руку:

— Сын, ты можешь нас оставить.

У Лютера дернулась мышца у челюсти.

— Если разговор пойдет о Домо-приемах, я должен присутствовать. Как Страж Света…

— Как Страж Света ты исполняешь приказы монарха. И пока наша юная королева не коронована… – Реми кивнул мне и тактично улыбнулся, – властью монарха обладаю я. И я говорю, что твое присутствие не требуется.

Злые взгляды Лютера и Реми пересеклись, напряжение стало ощутимым. На таком близком расстоянии их кровное родство не вызывало сомнений – лица изумляли схожестью, выражая презрение друг к другу. Лютеру досталась кожа темнее, почти оливковая; волосы черные как ночь, а не каштановые, как у Реми; и совершенно особые светлые глаза, но в остальном отца и сына различали только возраст и шрам Лютера.

Лютер глянул на меня, а я промолчала, желая увидеть, к чему приведет это противостояние.

— Ты ведь не считаешь, что Ее Величество не справится с таким простым заданием, как встреча с собственным регентом, – проворковал Реми.

Мастерский удар. Возможно, я недооценивала ум Реми – и его опасность.

— Конечно нет, – коротко ответил Лютер и отошел от стола. – Не буду вам мешать.

Бросив на меня полный предостережения взгляд, Лютер ушел, и я осталась наедине с Реми Корбуа, регентом Люмноса.