Книга Сияние вечного пламени, страница 260 – Пенн Коул

Не говоря ни слова, Теллер стиснул меня в объятиях, плечи у него дрожали.

— Мой гениальный братишка, тебя ждут великие свершения… – Голос у меня сорвался, по щекам ручьями потекли слезы.

— И тебя тоже, Дием. Это не конец.

Я кивнула и легонько оттолкнула Теллера.

— Иди! – Он замялся, и я выдавила из себя всхлипывающий смешок. – Иди! Я точно не напугаю противника, если вылезу из палатки зареванная.

Еще раз взглянув на меня, Теллер закрыл глаза, наклонил голову и вернулся на арену.

Я стояла в палатке одна и вытирала слезы, безуспешно пытаясь справиться с эмоциями. От осознания реальности того, с чем мне предстояло столкнуться, задрожали руки.

Будь это любой другой вид боя – если бы я могла использовать оружие или хотя бы кулаки, – я действовала бы быстро, я действовала бы разнообразно. В сражении я даже действовала бы умно. Я выдержала бы. Почему мне выпал единственный вид боя, с которым мне не справиться?

Я хмуро посмотрела на сводчатый потолок палатки, представляя, как богиня Люмнос с восторгом наблюдает за созданным ею хаосом.

— Можешь хоть раз оставить меня в покое? – заорала я.

Шорох брезента объявил, что в палатку кто-то вошел. «Это Реми, он готов объявить о начале состязания», – подумала я и сделала медленный, глубокий вдох. Но когда обернулась, не регент стоял передо мной с инкрустированным драгоценными камнями мечом и убийственным взглядом.

У меня сердце замерло.

Я рванула к входу в палатку. Лютер двигался быстро, схватив меня за талию, притянул к своей груди и приставил к горлу Меч Корбуа.

Я отбивалась, без толку царапала его прочную, как сталь, кожу и стучала локтями по ребрам. Лютер негромко заворчал, но хватку не ослабил.

— Измени свое решение, или я убью тебя прямо сейчас, – пророкотал он мне на ухо голосом, похожим на приближающуюся грозу.

— Так убей меня, – процедила я сквозь зубы. – Давай, действуй, раз тебе это так важно.

Лезвие плотнее прижалось к моей коже, и я вздрогнула.

— Я даю тебе шанс спасти свою жизнь.

— Какая разница? – огрызнулась я. – Мне и так не жить.

Лютер развернул меня и спиной прижал к большой центральной опоре палатки – одной рукой крепко стиснул мне горло, другой держал меч, упиравшийся мне в подбородок. Крупное тело обвилось вокруг моего, пригвождая к месту, светлые глаза наводнили мечущиеся тени. Лютер напоминал могущественного ангела смерти, явившегося вершить суд над моей душой.

— Измени свое решение! – оскалившись, прорычал он.

— Нет.

– Измени!

– Нет.

— Почему ты отказываешься со мной сражаться?

Упрямство улетучилось, и я отвела взгляд.

— Отвечай! – проревел Лютер, сжимая мне горло.

– Потому что для меня это ложью не было!

Горючие слезы полились с новой силой. Я запрокинула голову, прижав ее к стойке, и от стыда закрыла глаза:

— Я не могу сражаться с тобой, Лютер. При мысли о том, что я могу тебя убить… – Я судорожно и обреченно вздохнула. – Ты слишком мне дорог, даже если моих чувств не разделяешь.

Мертвая хватка на моей шее ослабла. Меч со звоном упал на пол, мягкий лоб прижался к моему. Лютер привалился ко мне, теплым дыханием грея мне губы.

— А ты все равно меня выбери.

Когда я снова взглянула на Лютера, гнева у него в лице как не бывало. Плечи поникли, резкие черты перекосились от боли – Лютер казался уставшим и окончательно, бесповоротно сломленным.