Книга Целуй, пока не поздно, страница 74 – Екатерина Мордвинцева

Жидкость обожгла горло, растеклась по телу огнём. Я закричала — от боли, от ужаса, от отчаяния. Кубок выпал из рук, покатился по полу.

А потом я увидела Лиру.

Она стояла надо мной, живая, невредимая. А наёмник лежал на полу, сжимая горло — из его рта шла пена.

— Ты… — прошептал он. — Ты…

— Я не дура, — ответила Лира. — Я вижу будущее. Я знала, что ты придёшь. И я знала, что ты любишь сладкое вино. Я добавила в твой кубок яд за час до того, как ты схватил меня.

— Но я проверял вино… — прохрипел он.

— Ты проверял не то вино, — сказала Лира. — Ты проверял то, что стояло на столе. А я налила яд в твою флягу. Ту, что у тебя за поясом.

Она улыбнулась — холодно, по-взрослому.

— Я — дочь мага-убийцы. Я знаю всё о ядах.

Наёмник замер. Его глаза остекленели.

Он был мёртв.

— Лира, — прошептала я, пытаясь встать. Горло всё ещё горело, но яд Кубка не убил меня — только обжёг. — Ты… ты спасла меня.

— Я спасла нас всех, — ответила она. — Ты бы выпила яд и умерла. А я бы осталась одна с ним. Я не хотела этого.

— Как ты узнала, что он придёт?

— Я видела, — ответила она. — Этой ночью. Во сне. Он пришёл на корабле, спрятался в лесу. Ждал, пока вы уснёте.

— И ты пошла к нему сама?

— Я пошла, чтобы отвлечь, — сказала она. — Чтобы он не убил вас во сне.

— Ты рисковала жизнью.

— Я делала то, что должна была, — ответила она. — Как и ты.

Мэриус вбежал в храм, схватил Лиру на руки и прижал к себе.

— Ты жива, — повторял он. — Ты жива.

— Я жива, — подтвердила Лира. — И Сайфер жива. И ты жив. Все живы.

— Кроме него, — я кивнула на наёмника.

— Он заслужил, — сказала Лира. — Он убил не меньше десяти человек. Король платил ему за каждую смерть.

— Откуда ты знаешь?

— Я видела его прошлое, — ответила она. — Когда он держал меня, я коснулась его руки. И всё увидела. Его жертвы, его похождения, его удовольствие от убийств.

— И ты не испугалась?

— Я разозлилась, — сказала она. — Поэтому добавила яд в его флягу.

Я смотрела на неё и понимала — эта девочка намного сильнее, чем я думала. И намного опаснее.

— Мы должны уходить, — сказал Мэриус, опуская Лиру на землю. — Король узнает о смерти своего наёмника и пришлёт других.

— Или придёт сам, — добавила я.

— Или сам, — согласился он.

— Куда?

— Домой, — ответила Лира. — В Стеклянный дом. Там наши вещи, наша защита, наш Кубок-копия.

— Там опасно, — напомнил Мэриус.

— Везде опасно, — ответила она. — Но дома у меня есть моя комната. И кровать. И игрушки. Я устала спать на полу.

Мы рассмеялись — нервно, истерично, но искренне.

— Хорошо, — сказал Мэриус. — Едем домой.

Он поднял на руки Лиру. Я подобрала с пола Кубок — настоящий — и спрятала его за пазуху. Он был тёплым, почти горячим.

— Сайфер, — позвал Мэриус.

— Да?

— Ты как? Жива?

— Жива, — ответила я. — Хотя пить из Кубка больше не буду.

— Мудрое решение.

Мы вышли из портала, и он закрылся за нами. Алтарь погас.

— Что будем делать с телом? — спросила я, кивнув на наёмника.

— Оставим здесь, — ответил Мэриус. — Король найдёт. Пусть знает, что его людей убивают.

— А если он придёт за ним?

— Тогда мы встретим его, — сказал он. — Все вместе.

Лира зевнула и прижалась к отцу.

— Я устала, — сказала она. — Можно я посплю?

— Спи, — ответил я. — Мы тебя разбудим, когда приедем.

Она закрыла глаза и мгновенно уснула — ребёнок, уставший от убийств и магии.