Книга Последний черновик, страница 100 – Лили Мокашь

— Ну что, понравилось? – весело проговорил он и облизал губу. – Жаль, я сам не успел подкрепиться.

Ильдар обнял меня за плечи и похлопал по спине.

— Привыкай, дружище. Теперь это, – он зашагал к центру зала и, широко раскинув руки, прокрутился на мысках, описывая помещение вокруг, – твоя жизнь.

«Теперь это моя жизнь», – эхом отозвалось в моей голове, как приговор, и я с трудом сглотнул, еще чувствуя на языке вкус чужой крови.

Когда жизнь последнего судьи оборвалась, чары по периметру зала спали. На пару с Ильдаром я обыскала плащ каждой из теней, надеясь найти какую-нибудь подсказку: записку, телефон с каким-нибудь сообщением – что угодно, лишь бы понять, кто надоумил их схватить Марка и Есению, но, к сожалению, мы ничего не нашли. В довесок я осознала, что умудрилась оставить свой телефон в арендованном доме и не смогу вызвать Карину с отрядом зачистки. Пока мы разбирались в более насущных делах, вроде поиска причин случившегося, оставалось надеяться, что какой-нибудь безобидный гость глэмпинг-парка не решится заглянуть в главное здание в этот момент.

— Я не вижу среди трупов женщину в маске, – заметила я. – Ильдар, проверь со своей стороны.

Ильдар послушно обошел вновь линию тел, что тянулась вдоль окна, внимательно осматривая, и вновь покачал головой:

— Ее здесь нет. Удрала.

Я нахмурилась.

— Вероятно, именно она-то нам и нужна, чтобы разобраться, кто указал судьям на нас. Не заходить же в каждый из домов. Пока мы не узнаем, кем была эта женщина, у нас ничего не выйдет, мы не найдем концы.

— Нам и не нужно узнавать, – тихо сказал Марк, сидя у единственной относительно чистой стены на полу и потирая шею. – Я и так знаю. Под маской скрывалась местная управляющая – Елена.

— Уверен? – Мне не хотелось ставить под сомнение слова Марка, но на ошибку у нас не было времени. – С чего ты взял, что это она?

— Ее выдали часы. – Он потряс запястьем в воздухе. – Они такие увесистые, я еще при первой встрече заметил, как странно они смотрятся на старческой тонкой руке.

Я удовлетворенно кивнула. Вывод казался вполне логичным, а значит, теперь у нас было чуть больше информации.

— Разыщем ее – выявим зачинщика, – подытожила я.

— Да кому вообще могли сдаться мы с Есенией? Это полный бред. Я не принадлежу ни одному из кланов, – засомневался Ильдар.

— Я тебе уже говорила: за одиночками всегда следит кто-то еще.

— Но я не одиночка. У меня был клан, но он пал. Мой собственный клан мертв, а я – единственный выживший.

От признаний Ильдара у меня отвисла челюсть. Кто способен уничтожить целый клан, а главное – за что? Безусловно, в истории нашего народа случались войны за власть и территории, но я не знала ни одного прецедента, не встречала ни одного эпизода в летописи, где по приказу истребили бы всех. Обычно все заканчивалось падением с шахматной доски центральной фигуры – главы клана, в редких случаях в расход также шли прямые наследники, лишь бы исключить в дальнейшем бунт и кровную месть.

— Мне жаль, Ильдар. Тебе стоило рассказать раньше. Если бы я знала, то…

— То что? Отнеслась бы ко мне чуть лучше вначале? – с дерзкой улыбкой спросил он. – Это все неважно, Лиз. Та жизнь далеко позади, я ни о чем не жалею.

— Но как тебе удалось выжить? Что произошло?