Книга Предначертанная. Часть 2, страница 292 – Шахназ Сайн

Они разъехались в разные стороны.

Спустя сорок минут Иван, на котором не было лица, привёз их к дому. Ибрагим Асадович, прежде чем выйти из машины, обратился к Мире, сидевшей на заднем сиденье:

— Зайди, пожалуйста, в мой кабинет. Не торопись уезжать.

— Хорошо, – ответила Мира, уловив в его тоне что-то странное. Недосказанность.

Поникшая и сломленная Нина вышла из машины следом за Ибрагимом Асадовичем и медленно направилась в дом. Иван, сидевший за рулём, повернулся к Мире:

— Можно считать, что твоя работа закончилась?

— Думаю, да, – ответила Мира, чувствуя неприятное послевкусие от собственного ответа. – Сегодня со всеми попрощаюсь.

— Не забудь и со мной. – Иван едва заметно улыбнулся. – Я сейчас ненадолго уеду, но если подождёшь, то вернусь и отвезу тебя домой. Не вызывай такси. Как раз и попрощаемся.

— Хорошо, – ответила Мира и вышла из машины.

Она сначала зашла на кухню и выпила стакан воды. В горле пересохло, внутреннее напряжение по-прежнему не ослабевало.

Необъяснимые чувства обволакивали её с ног до головы. Скорбь сменялась чем-то иным, более тяжёлым, неподвластным разуму.

Хмурясь от накатившего в голове хаоса, Мира оглядела кухню пустым взглядом. Она хотела немного посидеть и поговорить с Ниной, прежде чем подниматься в кабинет. Мира боялась этого момента, и ей было сложно признаться себе в этом.

Так и не дождавшись Нину, Мира сделала ещё один глоток воды и отправилась к Ибрагиму Асадовичу.

Он ожидал её, сидя за столом и просматривая чёрную папку.

Стоило Мире войти, как мужчина поднял голову и встретил её молчаливым взглядом. Рукой он указал на место напротив себя.

Мира заметила букет сирени на подоконнике; в воздухе витал цветочный аромат, напоминавший, в первую очередь, о присутствии Махиры.

Она подошла и села на стул с мягкой спинкой.

С минуту Ибрагим Асадович молчал, а затем произнёс спокойным, неторопливым, но твёрдым голосом:

— Я хочу поблагодарить тебя за всё, что ты сделала для меня и моей Махиры. Мы признательны тебе за то, что ты до последнего её вздоха была рядом и моя жена ушла, чувствуя твоё тепло и поддержку.

Он прокашлялся, собираясь с мыслями, подбирая слова, чувствуя, что этот момент оказался тяжелее, чем он предполагал.

— Не думал, что за пару месяцев можно сердцем принять кого-то. Но мы тебя не только приняли, но и полюбили, Мира. Я и моя Махира – мы обрели в твоём лице намного больше, чем чужого человека со стороны, на плечи которого были возложены определённые обязательства. В первую очередь, хочу сказать, что, как мы и договорились, на твой счёт сегодня поступит вторая часть оговорённой в договоре суммы.

Ибрагим Асадович протянул Мире папку, которую изучал при её появлении:

— А это документы, связанные с «РМ». Махира оставила завещание, по которому её доля и доля Лейлы должны перейти в твои руки. Это была последняя воля моей жены, и я выполняю её. В течение полугода ты можешь как принять наследство, так и отклонить его, и этот выбор останется исключительно за тобой.

Несмотря на скорбь в серых глазах, голос его ни разу не дрогнул.

Мира молча взяла папку и положила её на колени. Внутри происходило неладное. И эти смятённые ощущения сильно отличались от тех, что она чувствовала ранее.

Её непоколебимое решение отвергнуть волю Махиры дало трещину, и она почувствовала это. Впервые. Но была ли она готова к этому? Нет. Определённо нет.