Книга Предначертанная. Часть 2, страница 167 – Шахназ Сайн

* * *

Мира и Аиша прошли на кухню, откуда доносился аромат свежеиспечённых шоколадных кексов. Манящий сладковатый запах чувствовался уже в коридоре.

На столе в отдельных мисках лежали нарезанные овощи и разделанная курица, печь была включена – видимо, Нина куда-то отошла.

Положив несколько свежеиспечённых сладостей на тарелку с золотой каймой, Мира вместе с Аишей направилась в спальню Махиры.

Дверь в комнату была чуть приоткрыта. Мира по привычке аккуратно открыла её и посмотрела на кровать. Махира лежала посередине кровати, её голова была повёрнута в сторону окна, веки едва открыты. Шторы на окнах остались не раздвинутыми и лишь немного пропускали через себя мягкий рассеянный свет.

Когда на пороге появились две фигуры, обессиленная и больная женщина медленно повернула голову в их сторону, её губы тронула слабая, но добрая улыбка.

Мира сглотнула, понимая, что во время каждого своего визита в этот дом становилась свидетельницей того, как жизнь медленно и верно покидает тело Махиры. И даже тени под глазами пожилой женщины казались неестественно яркими и большими, что притягивало к ним внимание.

Очередное осознание обрушилось на Миру за одно мгновение: истощённая, почти прозрачная, женщина терялась на фоне белых простыней и подушек.

Мира вдохнула, стараясь собраться с силами.

Аиша, в отличие от девушки, замешкавшейся в дверях, приблизилась к бабушке и протянула ей шоколадный кекс.

— Бусинка, я не хочу, – слабым голосом произнесла Махира, – но вот тебе стоит поесть.

Девочка откусила кусочек.

— Моя умничка… – тихо произнесла Махира. – Приятного аппетита.

Аиша некоторое время смотрела на бабушку, а затем обошла кровать и села за свой розовый детский столик со стульчиком, на котором всегда лежали карандаши, белые листы и папка с рисунками. Она отложила кекс и взялась за будущий новый маленький шедевр.

Тем временем Мира, совладав с эмоциями, прошла к окну и немного раздвинула шторы, позволив утреннему свету осветить тусклую атмосферу комнаты. Затем она придвинула кресло ближе к кровати и села в него, с нескрываемым беспокойством смотря на Махиру.

— Ночью удалось немного поспать? – спросила Мира.

— Да, – коротко ответила женщина.

Затем, помолчав, поправила себя:

— На самом деле нет.

Мира, заметив маленькую шоколадную крошку на постели, потянулась, чтобы убрать её.

— Тётя Махира, меня тревожит, как сильно вы страдаете. Я знаю, вы стараетесь скрывать боль при нас, но иногда я слышу тихие стоны – и каждый отзывается у меня здесь, в сердце.

— Не бойся, – тихо произнесла женщина, стараясь одарить Миру хотя бы намёком на улыбку. – Я выдержу. – Переведя дыхание, она попросила: – Ты можешь подняться в комнату Лейлы и принести шкатулку из шкафа?

— Конечно, – без промедления ответила Мира, вставая с кресла.

Девушка заглянула к Нине, чтобы взять ключ от комнаты, и поднялась на третий этаж. Стараясь не думать о тени, мелькнувшей перед глазами Аиши, и не чувствовать страха, она быстро вошла в спальню Лейлы, взяла то, о чём просила Махира, и как можно скорее вернулась к ней с небольшой шкатулкой в руках – той самой, которую Ратмир подарил Махире, когда они первый раз после зимы выбрались во двор и поужинали на свежем воздухе.

Положив небольшую, украшенную искусной резьбой деревянную шкатулку рядом с женщиной, Мира снова села в кресло и поджала под себя ноги.