Книга Недотрога для принца на белом коне, страница 3 – Наталья Нежданова

А ещё через пару дней вдруг раздаётся звонок в дверь. Смотрю в глазок — соседка. Открываю.

— Тут котик ваш потерявшийся вернулся!

Васька степенно заходит в квартиру, как ни в чём ни бывало.

А что это у него из рта торчит? Неужели мышь приволок? Только этого мне ещё не хватало!

Бегу за котом, он от меня. Забивается под стол на кухне. На всякий случай плотно закрываю за собой дверь, вдруг действительно мышь.

Кыс-кыс-кыс! — зову я и открываю холодильник. Для Васьки это привычный сигнал: сейчас что-нибудь вкусненькое перепадёт.

Достаю пакетик корма, вываливаю в миску и ставлю её на пол. Кот выпускает изо рта маленькую статуэтку и бросается к еде.

Ничего себе! Что это он притащил?

Наклоняюсь и поднимаю изящную женскую фигурку. И тут она вспыхивает ярче солнца. Слепящий свет словно втягивает меня в какую-то воронку, а потом я проваливаюсь в темноту.

Прихожу в себя и осознаю, что лежу в постели. Чувствую сильную слабость и головную боль. С трудом приоткрываю глаза.

Льющийся из окна свет вызывает такой приступ боли, что я не выдерживаю и начинаю стонать. Да что же это такое?

Сквозь почти сомкнутые веки различаю смутные очертания склонившейся надо мной фигуры.

— Голова… Свет… — шепчу я.

— Тайна очнулась! — раздаётся ликующий голос.

Сейчас точно голова расколется! Совсем угробить меня хотят, что ли?

Чьи-то шаги смолкают в отдалении. Вроде отпустило немного. А почему Тайна? Я вообще-то Таня. Ерунда, просто послышалось.

Начинаю вспоминать, что со мной было. Васька вернулся. Статуэтка. Она взорвалась, что ли?

Судя по моему состоянию, что-то явно нехорошее со мной случилось. Сейчас кто-нибудь придёт, попробую спросить.

Опять приоткрываю глаза. Больно-то как. Надо сказать, пусть штору на окне задёрнут.

Слышу приближающиеся шаги.

— Госпожа Тайна, как вы себя чувствуете?

Не ясно, что ли, что я сейчас сдохну?

— Потише можно? — чуть слышно прошу я и опять замираю от приступа боли.

— Все думали, вы больше не проснётесь! — шепчет какая-то женщина. — Даже целитель посоветовал подготовить всё необходимое для погребения. От этого яда не выживают!

Яда⁈ Я что, отравилась? Не помню вообще ничего!

— Свет уберите! — опять собравшись с силами, произношу я.

Проклятое окно, наконец, задёргивают шторой.

— Голова сильно болит! — опять с трудом выдавливаю я.

— Сейчас-сейчас!

Вскоре на лоб ложится мокрая тряпка. Жалко, что ли, таблетку дать? Ах да, я же чем-то отравилась. Может, мне нельзя?

Головная боль постепенно затихает, и я погружаюсь в сон.

Когда просыпаюсь, вижу рядом незнакомого мужчину в какой-то странной одежде. Что-то вроде белого мундира с золотыми пуговицами.

— Зачем же вы приняли яд, дитя моё? — спрашивает он. — Ведь это большой грех!

Что⁈ Я всегда презирала суицидников. Считала их трусливыми слабаками или дебильными манипуляторами-шантажистами. Как я могла?

Лежу в полной растерянности и ничего не понимаю. Мужчина смотрит на меня с явной укоризной. Кто он такой вообще? Я что, память потеряла?

Да нет же. Я прекрасно помню, как Васька вернулся. И статуэтка эта…

— Мне… нехорошо, — шепчу я.

— Сейчас позову горничную! — произносит мужчина и поднимается с низкой табуретки с бархатным сиденьем и витыми ножками.

Но у меня никогда такой мебели не было! И комната явно не моя. Да и на больницу не похожа.