Книга Ты меня бесишь, страница 92 – Екатерина Мордвинцева

— Я, Лира, Волчица Судеб, — начала она, и голос её звенел от счастья, — клянусь тебе, Дэймон. Клянусь быть твоей опорой и поддержкой. Клянусь не бояться своей силы и использовать её во благо нашей стаи. Клянусь верить тебе, даже когда сам себе не веришь. Клянусь любить тебя таким, какой ты есть — со всеми страхами, сомнениями, слабостями.

Она надела кольцо на его палец.

— Я люблю тебя, Дэймон. Не как омега своего альфу. А как женщина любит мужчину. Единственного. Настоящего. Навсегда.

Керн улыбнулся и поднял руки.

— Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать друг друга.

Дэймон притянул её к себе и поцеловал. Не так, как в прошлый раз — формально, для протокола. А так, как целуют, когда хотят сказать всё без слов. Глубоко, нежно, обещая вечность.

Волки вокруг зааплодировали, засвистели, закричали. Кто-то запустил в небо фейерверки — разноцветные огни рассыпались над озером, отражаясь в воде.

— Горько! — заорал Райан, и все подхватили.

Дэймон оторвался от её губ, усмехнулся.

— Придётся повторить.

— Не вопрос, — ответила Лира и сама потянулась к нему.

Праздник длился до глубокой ночи. Столы ломились от угощения, вино лилось рекой, музыка не умолкала. Лира и Дэймон сидели во главе стола, принимая поздравления, и не могли насмотреться друг на друга.

Маркус поднял тост:

— За вас, ребята! За то, что доказали: любовь сильнее страха. Сильнее предрассудков. Сильнее всего!

— За любовь! — подхватили волки.

Райан подошёл с бокалом, чуть не плача от счастья.

— Госпожа, — сказал он. — Вы для меня больше чем герой. Вы — пример. Я тоже хочу когда-нибудь так любить.

— Найдёшь, — улыбнулась Лира. — Обязательно.

Керн, сидевший в стороне, только покачивал головой.

— Я видел много пар, — сказал он. — Но такую — впервые. Вы созданы друг для друга.

— Спасибо, учитель, — ответил Дэймон. — Без вас бы не справились.

— Справились бы, — отмахнулся старик. — Вы сильные. Я только немного помог.

Когда последние гости разошлись, а луна поднялась высоко, они остались вдвоём на берегу озера. Огоньки свечей догорали, фейерверки отгремели, и только звёзды сияли в вышине.

— Ну что, жена, — Дэймон обнял её со спины, — пойдём домой?

— Пойдём, муж, — ответила она, прижимаясь к нему.

Пентхаус встретил их тишиной и мягким светом ночников. Лира скинула туфли прямо в прихожей, рассмеявшись.

— Неудобные, — объяснила она.

— Мне нравится, — усмехнулся Дэймон. — Ты такая… настоящая.

Он подхватил её на руки и понёс в спальню. Не торопясь, наслаждаясь каждым мгновением.

— Помнишь нашу первую брачную ночь? — спросила Лира, обвивая его шею руками.

— Помню, — ответил он, и в голосе появилась горечь. — Я был идиотом.

— Был, — согласилась она. — Но теперь всё иначе.

— Иначе, — подтвердил он, опуская её на кровать. — Всё иначе.

Он раздевал её медленно, словно распутывал драгоценный подарок. Каждый сантиметр обнажённой кожи он целовал, шепча слова любви. Она отвечала тем же, гладя его плечи, спину, грудь, наслаждаясь теплом его тела.

Когда они остались обнажёнными, Дэймон замер на мгновение, глядя на неё.

— Ты прекрасна, — сказал он. — Самая прекрасная женщина в мире.

— Ты тоже ничего, — улыбнулась она. — Особенно когда не рычишь.

— Я могу и рыкнуть, — усмехнулся он. — Для разнообразия.

— Не надо рыка, — она притянула его к себе. — Только любовь.