Книга Дурочка, страница 96 – Аксюта Янсен

— Подожди, давай разберёмся, так ли тебе нужно ехать на эти раскопки прямо сегодня? Ведь к завтpашнему дню, особенно если не будешь пренебрегать рекомендациями врача, почти всё пройдёт и можешь лазать по камням и стенам наравне с мальчишками.

— Два аргумента, — с готовностью ответила Ия, которая уже успела подробно ответить на эти вопросы сама себе. — Во-первых, мне обидно, что я так толком вчера ничего и не увидела, во-вторых, сегодня уже всё договорено, а завтра может и сорваться. Это же только я тут у тебя на затянувшихся каникулах, остальные, включая Макса, вполне серьёзно работают.

Был еще третий. У неё осталось несколько контейнеров для биообразцов нужной маркировки, из тех, что научрук присылала, вчера она о них как-то не вспомнила, а зря, могут пригодиться. Они конечно маленькие, туда, если она правильно оценила размер чхена, не только он целиком не поместится, но даже отдельная конечность не влезет. Но это лучше, чем ничего. И доставить их нужно как можно раньше — расконсервация склепа уже произошла и, неизвестно, насколько там изменился микроклимат, мoжет сильно, может, не очень, но образцы тканей стоит отобрать прямо сейчас. Или наоборот? Оперативно поставили заглушку, изолирующую подземелья от внешней среды и теперь можно не спешить, подождать команду серьёзных специалистов, сделать всё как следует.

Однако же о некоторых обстоятельствах она обещала молчать, а потому использовать этот аргумент в разговоре с бабушкой было нельзя.

— Значит, едешь сегодня. И при том, свободно двигаться ты пока не можешь, но и не хочешь, чтобы это как-то стало особенно заметно и тебя начали дополнительно оберегать. Ну и прекрасно, нет ничего проще! В каких случаях от девушки не будут ожидать, что она будет вести себя как пацанка?

— Э?

— Ну же, деточка, вспомни, что любит говорить по этому поводу наша Мария Николаевна?

— Нет в жизни девушки такой проблемы, которую невозможно было бы решить новой юбочкой, — вспомнила Ия любимую фразу посольской модистки. — А это тут при чём?

— Ну же, деточка, кто же будет ждать от хорошенькой куколки, одетой в белые перчаточки и носочки, что она будет лазать по каким-то грязным развалинам?

Ну, в общем да.

Военная хитрость распознана не была. Ланц рассыпался в цветистых комплиментах (и сколько в них было шутки, а что сказано вполне всерьёз он даже не пробовал анализировать — как-то неуютно сразу становилось), Макс посмотрел одобрительно, но ничего не сказал — этот образ для него был уже привычным, а археологи чуть узнали. Конкретно Гржимек долго стоял в сомнении и скрёб пятернёй в затылке.

Профессор Станек вид имел слегка замученный — было заметно, что если он и спал в эту ночь, то совсем недолго, но в то же время бодрый.

— Очень рад видеть вас здесь, молодые люди! Вчера ваша экскурсия оборвалась так неудачно, что я не успел показать вам всё, что у нас тут есть.

— Или, наоборот, удачно, — легкомысленно заявил Макс, — это означает, что ничего значительного я не упустил.

В ответ его наградили cтранными взглядами, которые Макс отнёс за счёт собственной неделикатности, но промолчали.

Сегодня на раскопках стало не то, чтобы особенно тихо, но как-то не так и это не так Ия некoторое время себе объяснить не могла. Потом только заметила, с қакой осторожностью движутся кены. Нет, они и вчера не распрыгивались во все стороны, как по центральной городской магистрали, но это, ну … ну как если бы людей предупредили, что по какой-то поверхности нужно двигаться с исключительной осторожностью, скажем, скользящим шагом. Всё равно все временами сбивались бы, переходили на нормальный, обычный для себя ритм движения, но это только до первогo несчастного случая. Α вчера как раз он и произошёл.