Книга Развод. В ловушке Сумеречного Генерала, страница 74 – Алена Питт

Я засмеялась и поцеловала его. За стеной Аврора учила стихотворение на древнем языке, звонко выводя слова, которые звучали как музыка. Где-то далеко, в Академии, наш сын постигал искусство полёта. А здесь, в замке, мы сидели вдвоём — два сердца, две души, одна вечность.

Через год я снова забеременела.

Я подозревала это уже пару недель — тошнота по утрам, странная тяга к солёным огурцам, которую я списывала на стресс после недавних событий. Но когда тест показал две яркие, чёткие полоски, я всё равно растерялась. Мы не планировали так скоро. Шелли только исполнилось четыре, Аврора ещё толком не начала говорить, а тут — новый сюрприз.

Я ждала подходящего момента, чтобы сказать Алексу. Думала, выберу романтический вечер: свечи, ужин, тихая музыка. Но всё пошло не по плану.

Я сидела в ванной, глядя на тест, когда дверь распахнулась без стука.

— Анна, ты где? Я привёз тебе те самые пирожные из города… — Алекс замер на пороге, увидев моё лицо и тест в руках.

Повисла тишина.

— Это… — начал он, и его голос дрогнул.

— Да.

— Ты…

— Да.

— Мы…

— Да.

Он моргнул раз, другой. Потом его лицо расплылось в такой счастливой улыбке, что я испугалась — у него сейчас лопнут щёки.

— Мы будем… ещё… — он не договорил. Вместо этого он подхватил меня на руки и закружил по ванной, едва не задев полки с шампунями.

— Аккуратнее! — взвизгнула я, хватаясь за его плечи. — Я беременна!

— Я знаю! — заорал он в ответ. — Я знаю, и я счастлив!

Он опустил меня на пол, прижался ухом к моему животу, хотя срок был ещё смехотворно мал. Он слушал. Слушал тишину, в которой уже зарождалась новая жизнь.

— Я люблю тебя, — сказал он, поднимая голову. — Я люблю тебя, и я люблю наших детей, и я люблю эту жизнь. Спасибо, что ты выбрала меня.

Я запустила пальцы в его волосы и поцеловала в макушку.

— Ты тоже меня выбрал, — прошептала я. — Помнишь? Ты ждал меня пятьсот лет.

— И я бы ждал ещё пятьсот, — ответил он. — Но я рад, что ты пришла раньше.

А потом началось то, что я называю «режим наседки».

Сначала это было мило. Алекс носил меня на руках — буквально. Когда я пыталась встать с дивана, чтобы налить себе воды, он уже был рядом:

— Лежи! Я принесу!

— Алекс, я могу сама…

— Ты носишь под сердцем двух драконов! Если с тобой что-то случится…

— Двух? — я замерла. — Откуда ты знаешь, что двоих?

Он загадочно улыбнулся:

— Я чувствую.

Я закатила глаза, но позволила себя уложить обратно на диван. Это оказалось пророческим — через месяц на УЗИ врач радостно объявил:

— Поздравляю, у вас будет двойня!

Алекс, сидевший рядом, побелел так, что я испугалась, как бы он не грохнулся в обморок. Схватился за край кушетки побелевшими пальцами. Уставился на экран, где на мониторе пульсировали две крошечные точки. «Две, — выдохнул он. — Я так и знал. Две души».

С этого момента его «режим наседки» перешёл на новый уровень.

Он запретил мне вставать с кровати без его разрешения. — «А если закружится голова? А если ты упадёшь? А если…»

Начал приносить завтрак в постель. Каждое утро. В семь утра. Даже когда я хотела спать до обеда. — «Тебе нужно питаться за троих!»

Носил меня на руках по лестнице. — «Я не беспомощная женщина!» — возмущалась я, пока он нёс меня на второй этаж. — «Ты — моя королева», — парировал он с абсолютно серьёзным лицом.