Книга После развода. Хозяйка морковной усадьбы, страница 64 – Инари Лу

А рука все еще хранит тепло его прикосновения.

* * *

Спустя несколько дней

Каждое утро я хожу к грядкам. Всходы моркови крепнут, зеленые перья тянутся к солнцу, и каждый раз, глядя на них, я чувствую что-то похожее на гордость.

Да, именно гордость.

Я сделала это. Мы сделали это.

Морковь становится символом не просто выигранного спора, не просто ожившей земли.

Она доказывает мне, что я могу. Что у меня есть место в этом мире. Что я не просто дочь знатного рода и не просто хозяйка усадьбы. Я — та, кто может вернуть жизнь туда, где ее не было.

Я поливаю ростки, осторожно рыхлю землю вокруг них, и с каждым днем понимание крепнет.

Иногда для того, чтобы исцелить рану, нужно не отрицать ее природу, а принять. Использовать ее силу.

Земля была мертва. Я пыталась оживить ее мягкостью, водой, лунной магией Кроума. Но она ожила только тогда, когда я приняла огонь.

Когда позволила разрушению стать частью созидания.

Маркос научил меня этому.

Но эта близость и это понимание между нами не остается незамеченным.

Кроум ходит мрачнее тучи, бросает на Маркоса тяжелые взгляды, а на меня — полные тревоги.

Он не говорит больше ничего, но я чувствую его беспокойство.

Элис однажды спрашивает меня на кухне, пока мы чистим овощи:

— Что между вами, Ингрид?

— Между кем? — уклоняюсь я, хотя прекрасно понимаю, о ком речь.

— Между тобой и драконом.

Я режу морковь — не ту, что выросла на моих грядках, еще рано, а старую, купленную на рынке братьями Хельмутами.

— Ничего, — говорю я. — Дружба.

Элис хмыкает. И я слышу столько скепсиса, что невольно улыбаюсь.

— Хорошо. Если ты так в этом уверена, госпожа.

Но я знаю, что она не верит.

Как не верит Кроум.

Как не верю и я сама.

Вечером я снова выхожу к грядкам.

Солнце садится, окрашивая небо в золотые и алые тона. А я стою среди зеленых рядов, среди новой жизни, которую мы с Маркосом вернули этой земле.

Вдруг слышу шаги за спиной и знаю, что это он. Точнее чувствую.

— Красиво, — говорит Маркос, останавливаясь рядом.

— Да, — соглашаюсь я. — Красиво.

Мы стоим молча, плечом к плечу, и смотрим на закат.

И я понимаю, что бы ни случилось дальше, что бы ни говорил Кроум, что бы ни думали другие все идет правильно.

Эта близость и тепло между нами.

Он осторожно берет мою руку в свои горячие ладони и не отпускает.

Спустя несколько недель

Мое упорство и магия Кроума помогли нашей моркови вырасти достаточно быстро.

Морковь уже поднялась по колено. Ботва достигла нужных размеров и стало видно саму морковь из-под земли.

Я стою у грядок в сумерках и не могу поверить, что это реальность. Несколько недель назад здесь была мертвая земля, пепел и отчаяние. А теперь чудо, выращенное огнем и упрямством.

— Ингрид.

Я вздрагиваю от неожиданности, услышав голос Маркоса.

Оборачиваюсь.

Он стоит в нескольких шагах и внимательно на меня смотрит. Обычно он держится с уверенностью хищника, но сейчас я чувствую, что он напряжен.

— Мне нужно с тобой поговорить, — произносит он, сверкая глазами.

Сердце начинает биться быстрее. Я киваю, не доверяя собственному голосу.

Маркос подходит ближе. И меня окатывает внезапной волной тепла. То ли оно исходит от него, то ли теплые порывы ветра создают такое ощущение.

Я смотрю на его огненно-янтарные волосы, развивающиеся на ветру. И вспоминаю, как он превращался в дракона.