Книга После развода. Хозяйка морковной усадьбы, страница 57 – Инари Лу

Выбегаю к грядке и замираю. Улыбка сползает с моего лица.

Ростков больше нет.

Вместо них тонкий слой серого пепла, покрывающий землю, как саван.

Я падаю на колени. Руки сами собой тянутся к пеплу. Я беру его в руки, а он рассыпается между пальцами.

Нет.

Нет, нет, нет.

Магия огненных драконов уничтожила все. Въевшаяся в землю за годы, она не приняла чужеродного вмешательства. Не оставила даже следа.

Я сижу на коленях посреди мертвой грядки, и пепел оседает на моих руках.

Но на этот раз нет никаких слез.

Я просто сижу и смотрю в пустоту.

Я лежу на кровати, уставившись в потолок. Замечаю на нем небольшую трещину. Хотя Хельмуты все отремонтировали. Откуда она могла здесь взяться?

Все в этом доме изранено, включая меня.

Сколько прошло времени? День? Два? Не знаю. Да это и не важно.

За окном слышны голоса. Элис о чем-то беседует с Томом. Я не различаю слов. Да и не хочу различать.

Дверь скрипит. Кто-то приоткрывает ее.

— Ингрид? — тихо произносит Элис. — Я принесла тебе супа. Ты должна поесть.

Я не отвечаю. И даже не поворачиваю голову.

— Пожалуйста, — продолжает она. — Хоть немного.

Молчу.

Потом слышу вздох, и дверь снова закрывается. Она ставит тарелку на пол у порога, как всегда. Третья тарелка за сегодня. Или четвертая. Все они стоят там, нетронутые и остывшие.

Мне не хочется есть.

Не хочется двигаться.

Не хочется ничего.

Спор с Маркосом теперь кажется таким глупым и детским. "Я выиграю", — передразниваю сама себя. А голос звучит хрипло в пустой комнате.

"Ты еще увидишь мою прекрасную морковь".

Какая морковь? Какая победа?

Я никчемная. Не могу даже вырастить самое простое растение на свете. Не могу возродить поместье. Не могу ничего.

Мечта казалась такой простой: восстановить усадьбу, вырастить сад, продавать овощи и блюда на рынке. Жить нормальной жизнью. Раз дороги назад нет.

Но это была фантазия. Несбыточная и глупая фантазия.

Маркос был прав. Мертвое остается мертвым.

И я — часть этого мертвого.

Дверь снова открывается. На этот раз я узнаю легки, почти бесшумные шаги.

Это Кроум.

— Ингрид, — говорит он мягко, присаживаясь на край кровати. — Поговори со мной.

Я молчу.

— Это не твоя вина, — продолжает он. — Земля слишком долго была мертвой. Магия огненных драконов...

— Знаю, — обрываю я его. — Я все знаю. Это не помогает.

Кроум замолкает. Его прохладная рука ложится на мое. Но я не чувствую успокоения. Только пустоту.

— Ты не подвела нас, — говорит он тихо.

Я закрываю глаза.

Подвела.

Подвела всех. Элис, которая верила в меня. Братьев Хельмутов, которые потратили силы на ритуал. Кроума, который пытался помочь. И даже саму себя.

А Маркосу я доказала, что он был прав с самого начала. Что я слабая. Что я не справлюсь.

Кроум еще что-то говорит, но я не слушаю. Он пытается успокоить и взбодрить меня, но я не реагирую. Он вздыхает и уходит, тихо прикрывая за собой дверь.

* * *

Не знаю, сколько проходит времени. Может, час. Может, больше. Комната погружается в сумерки.

И тут я слышу другой звук: легкое царапанье, мягкий стук лап по полу.

Корнелиус.

Кот запрыгивает на кровать, и я чувствую, как он устраивается рядом с моей головой. Его желтые глаза светятся в полумраке.

— Ингрид, — говорит он, и в его голосе нет обычной насмешливости. Только спокойствие.