Книга Дитя Меконга, страница 36 – Алёна Сереброва

— Пи Нок, как ваша нога? Что сказал врач?

— Сначала выбери дверь, Нонг, – криво усмехается Нок. – Что тебе говорит интуиция? Какая из них нужная?

Тон вздыхает, но всё-таки подчиняется. Нок старше, пусть даже ведёт себя сейчас как ребёнок.

Двери кажутся совершенно одинаковыми. Особенно с той точки, откуда смотрит он. Тёмные, в тон лестницы позади, без опознавательных знаков.

— Какая из них нужная? – шепчет Нок, подступая ближе. Ладонь ложится на плечо, и тепло от неё, кажется, просачивается даже через два слоя мокрой одежды. – Выбирай и иди греться, пока совсем не замёрз. Твою одежду выжимать можно.

«Нужно», – мысленно поправляет его Тон.

Тепло, приятный запах… Он прикрывает глаза, пытаясь поймать за хвост ускользающее ощущение. Что-то такое, что…

– Пи! Пи! Идём скорее в душ! Если ты заболеешь, то тетушка будет ругаться и не подпустит тебя ко мне больше. Идём же, Пи!

Взявшийся словно из ниоткуда звонкий детский голос пронзает электрическим разрядом. Тону кажется, что маленькая ладошка касается его запястья, утягивая за собой.

Он распахивает глаза и оглядывается, выискивая обладателя звонкого голоса, но в коридоре их всё ещё только двое: он и Нок, и последний обеспокоенно хмурится.

— Пи… – начинает Тон, но замолкает. Он не знает, что сказать. И стоит ли спрашивать о ребёнке, который только что звал своего Пи. И это прикосновение… Оно было слишком слабым для человеческого.

«У вас здесь живут призраки?» – Вопрос так и не срывается с губ.

— Ладно, хорошо, никаких больше игр. Идём.

Нок едва успевает сделать шаг вперёд, как Тон всё-таки отвечает, выбирая:

— Дальняя. Нужная нам дверь – самая последняя.

По тому, как замирает Нок, Тон понимает, что угадал. А взгляд тёмных глаз, когда Нок оборачивается, лишь подтверждает это. В нём читается граничащая с удивлением растерянность, приправленная непониманием и вопросом: «Как?»

— Бинго. У тебя прекрасная интуиция. Может, тебе стоило в шаманы пойти, а не бизнес изучать?

На губах Нока появляется усмешка. Снова то самое мягкое, слегка царапающее, но не обидное подтрунивание выбирается наружу. Только вот у Тона продолжает покалывать кончики пальцев, так что он их поглаживает, прежде чем ответить в тон, смешивая с шуткой толику правды:

— Университет требует гораздо меньше сил и здоровья, Пи Нок.

* * *

— Проходи, я сейчас найду тебе сменную одежду.

— Спасибо. – Тон благодарит на автомате, больше заинтересованный озаренной мягким светом светильников комнатой, чем её хозяином.

Большая, гораздо больше его собственной спальни, и оформленная совершенно отлично от стиля, уже виденного в доме. Никаких чёрно-белых тонов.

Шкаф у самого входа, к которому подходит Нок за одеждой, перетекает в узкий книжный стеллаж, кровать напротив и письменный стол рядом с ней – всё из тёмного дерева, но темнота его мягкая, не строгая. В дополнение к нему беж и шоколад: более тёмное – плотные занавески по бокам большого, почти во всю стену, окна, диванчик в углу рядом и компьютерное кресло, более светлое – стены и постель. Немного похоже на его собственную комнату в доме родителей в Паттайе.

В комнате тепло, даже жарко, так что Тон заторможено снимает мокрую джинсовку, оставаясь в не менее влажной футболке, но не душно, хотя кондиционер и не работает.