Книга Странник, страница 103 – Рина Когтева

Я набираю своего прислужника Юфема.

— Узнай мне, значилась ли в списках храма Даран некая Канитар в двенадцатом году Лаира Тарта. Это срочно. Я жду.

— Да, Благословенный.

Пока Юфем в Аниме несется в архивы и поднимает всех на уши, я вхожу в другую базу данных и нахожу отчет об убийстве этой самой Канитар. Отчет очень краткий: девушку лет двадцати рано утром ударили ножом и, вероятно, ограбили. Никто ничего не видел, никто ни о чем не знает, никто не посчитал нужным искать виновных. Никого не интересуют убийства в трущобах Ландера. Но кто-то же сообщил ее имя… Я снова возвращаюсь в базу морга. Захоронена в некрополе Ландера, в самой бедной его части, захоронение за государственный счет. Я записываю номер могилы в планшете. Звонит Юфем.

— Благословенный, женщина по имени Канитар никогда не принадлежала к храму Даран. Я нашел других женщин с такими именами в записях двенадцатого года Великого Царя Лаира. Могу я их отправить Благословенному?

— Отправляй, – коротко приказываю я.

Почти мгновенно я получаю письмо, очередной список с женщинами по имени Канитар. Только храмовые списки ведутся гораздо тщательнее списков стражи, здесь есть информация о месте жительства, дате рождения, семье, роде занятий… В общем, все, что нужно жрецу, чтобы определить, достаточное ли пожертвование принес прихожанин. Канитар – не самое распространенное имя, и на Альрате в том году таковых было всего пару сотен. В основном все из отдаленных номов и малых храмов. Я отбираю тех, кто по возрасту подходил под описание убитой Канитар, и отправляю список обратно Юфему, чтобы он выяснил, есть ли о них храмовые записи после двенадцатого года Лаира. Через полчаса он присылает мне полный отчет. Каждая из этих Канитар была жива еще, по крайней мере, года три. И уж конечно, ни одна из них не переходила в храм Даран. Я почти уверен, что Сентек искал именно Канитар из храма Даран. Судя по всему, он ее нашел, но утром попался, а пока сидел в тюрьме, ее похоронили. Чтобы убедиться во всем окончательно, мне нужно увидеть ее могилу.

Я покидаю тюрьму и отправляюсь в некрополь. Здесь мне провожатые не нужны, потому что каждый жрец на Альрате чувствует себя в некрополе как дома. Каждый из нас не один десяток раз участвовал в похоронных ритуалах, и не только на Желтой земле. Ландер существует всего-то лет сорок, но, став столицей, он манил людей как пламя мотыльков. Некрополь огромен, он разделен на три части: знать, недостаточно привилегированная для Желтой земли, просто обеспеченные люди, которые смогли себе позволить хорошее место, и бедняки. А там, на самой окраине бедной части, нашли свой покой те, кого даже некому было похоронить. В ту часть я и направляюсь, следуя указателям с номерами. Гробниц здесь нет, нет даже надгробий или небольших алтарей, на которых можно оставить подношение умершему. Если кто-то что-то и оставляет, то делает это прямо на земле. Иногда на могилах разложены камни, иногда просто утоптанная площадка, чаще – ничего, только табличка с номером, по которой и можно понять, что здесь лежит чье-то тело. Унылое зрелище. Уже смеркается, когда я наконец-то добираюсь до нужного ряда, проверяю номер в планшете и прохожу несколько десятков заброшенных могил. Я поднимаю голову и замираю. На земле что-то горит алым светом. Я подхожу ближе. Одну из могил в этом ряду пропащих душ закрывает белая мраморная плита. Свет солнца отражается от нее, и кажется, что прямо из земли бьет столб пламени. Я подхожу ближе. Плита оказывается не монолитной, она искусно соединена из нескольких кусков разных пород: небо, земля и море. В камне выбит причудливый рельеф – стая птиц, летящих к горизонту, исполнены с поразительной точностью, прорисовано каждое перо, каждая деталь. Вроде бы всего лишь стая птиц, но в их замерших силуэтах столько отчаянной грусти, что у меня сжимается сердце. Я даже не смотрю на табличку с номером – это необязательно. Того, что я вижу, достаточно, чтобы понять, кто это сделал. Кем бы ты ни была, Канитар, откуда бы ты ни пришла, и кто бы тебя ни убил, ты значила для него так много, что твоя смерть изменила его навсегда, лишив чувств и желаний. На плите не написано ни единого слова, даже имени нет, но это и не нужно. Твое надгробье только кажется скромным, на самом деле тебе посвящен один из величайших погребальных комплексов, которые когда-либо строились на Альрате. Белый мрамор разных сортов, черные линии, нарочитая монохромность – все это я вижу почти каждый день в посвященном тебе Заупокойном храме. Твой храм стоит в самом центре Ландера и вот уже несколько лет вызывает восхищение у каждого, кто переступает его порог. Твой Заупокойный храм, Канитар, – это Царский дворец. Сентек построил его для тебя. Сегодня он рассказал мне, как написал имена умерших строителей на Древе Благоденствия в гробнице Вейта Ритала. Думаю, если поискать, то я найду твое имя во дворце. Уверен, он упомянул тебя много десятков раз, вплел твое имя в изящные рисунки, в витиеватые надписи. Не зря он потратил на них столько времени, так тщательно выверял каждый миллиметр, не спал ночами, доводил себя до изнеможения. Он делал это для тебя. Дворец для мертвой красавицы – не сомневаюсь, что ты была красавицей.