Книга Укрощение строптивой некромантки, страница 39 – Виктория Серебрянская

Спустя непродолжительное время я с досадой услышала щелчок замка. Отлично! Эти мерзавцы меня здесь еще и заперли! Ну я им!..

Выбиралась из укрытия злая, как нежить первого порядка. Ко всему в придачу я еще и зацепилась за бортик шкафа, в котором нашла укрытие, не удержала равновесие и растянулась на полу. Надеюсь, синяков не наставила себе. Видел бы меня сейчас хоть кто-нибудь!.. Хорошо, что не видит. А с соглядатаями я разберусь. По-своему. Отучу на всю оставшуюся жизнь заниматься шпионским ремеслом. Нужно только от блондина избавиться как-то. Не вовремя он со своей отработкой мне подвернулся. С другой стороны, если бы не поручительство тер Эйтеля, засланцы чувствовали бы себя во дворце как у себя дома!..

Я настолько разволновалась, что сама не заметила, как выбралась из комнат брата. Надеюсь, я ему там замок тленом не уничтожила. А то будет слишком уж явный след. Как табличка: «Здесь была Рози». Кстати, про таблички… А что если мне…

В общем, к себе я ворвалась вся в планах выживания лазутчиков из дворца. Правда, мне для этого требовалось посетить библиотеку и кое-что почитать. Как и у всякого мага с сильнейшим, но узконаправленным даром, универсальная магия у меня была крайне слабенькой. Приходилось изгаляться. Однако, даже имея откровенные зачатки и некромантию моей мощи, я могла доставить врагам кучу неприятностей. Нужно было лишь избавиться от блондина.

— Вот! — швырнула я ему ком из рубахи и штанов. — Надеюсь, подойдет!

Тер Эйтель ловко поймал ком тряпок, расправил. Осмотрел и хмыкнул. Но ничего не сказал, ушел в ванную переодеваться. А скелеты засуетились вокруг меня:

— Сейчас ванную быстренько, — прохрипел эльф.

— Потом ужин и баиньки, — с ласковой крокодильей улыбкой подхватил баронет. Крокодильей просто из-за отсутствия щек и полного набора зубов.

— Нет! — решительно отказалась я. — Мне еще нужно в библиотеку!..

— Зачем? — вдруг услышала прохладный сердитый голос блондина. И чуть не взвыла: оказалось, тер Эйтель уже успел переодеться и сейчас стоял на пороге ванной комнаты, беззастенчиво подслушивая. И вот что ему сказать?

Я сердито покосилась в сторону наглого блондина. И чуть не прыснула со смеху, только сейчас обнаружив, что впопыхах вместо обычной мужской сорочки сперла у Леандра предназначенную для сна… кого-то из его фавориток. Блондину она была откровенно мала. На широких плечах тер Эйтеля почти трещала и грудную клетку обтянула как вторая кожа. Надеюсь, мой поручитель решит, что это просто маловатый размер.

Пауза затягивалась, блондин нахмурился, начиная что-то подозревать. А меня так и распирало от смеха. Нужно было сказать хоть что-то, чтобы он не взорвался от злости и не затаил на меня обиду. И я ляпнула:

— Колыбельную тебе хочу спеть, а слов не знаю!

Кокетничать я не умела. Как-то не довелось мне освоить эту, несомненно, полезную науку. Но я не раз и не два видела, как это делают придворные дамы. Так что надеялась, что и у меня получится. А потому, ляпнув про колыбельную, я уставилась обожающим взглядом на блондина и часто-часто заморгала.

Тер Эйтель почему-то побледнел. И сделал шаг назад. А потом и еще один. Пока не уперся спиной в стену. Чего это он? Я недоуменно оглянулась на скелеты, перестав усиленно гонять воздух ресницами. Но мои камердинеры почему-то старательно делали вид, что их здесь нет.