Книга Мачеха поневоле для драконьего бастарда, страница 16 – Алекс Скай

За ним был внутренний двор. Камень, узкая дорожка, чёрные деревья без листьев, дальняя стена с башней. Над башней в сером небе промелькнула тень.

Крылатая.

Большая.

Арина замерла на долю секунды.

Дракон.

Настоящий.

Её мозг аккуратно положил этот факт в сторону, рядом с чужим телом, мужем, бастардом, советом рода и утренней перепалкой. Разбираться со всем сразу было невозможно. Значит, придётся сходить с ума по расписанию.

— Леди Элира, — голос Кайрена стал ниже. — Я спросил, что случилось.

Арина повернулась.

Можно было солгать. Сказать: сон. Предчувствие. Раскаяние. Ударилась головой. Драконьи боги явились в виде жареного яблока и велели быть добрее.

Любая ложь в мире, где у людей горят глаза и книги сами переводятся в голове, могла оказаться опасной.

Но вся правда была ещё опаснее.

— Я проснулась, — сказала она.

Он ждал продолжения.

— И поняла, что прежняя Элира умерла для этого дома.

Кайрен не шелохнулся.

— Умерла?

— Не телом.

— Тогда чем?

Арина сжала пальцы.

— Тем, что позволяло ей быть такой, какой вы её знали.

— Удобно.

— Да. Сегодня все твердят мне это слово. Удобно. Странно. Подозрительно. Неожиданно. Хотите, я сама составлю список, чтобы вам не пришлось повторяться?

— Я хочу правду.

— А если я сама не знаю всей правды?

Он смотрел на неё слишком внимательно. Но в этот раз она не стала отворачиваться.

— Я не помню многого, — сказала Арина. — Не так, как должна. Я узнаю лица, но не всегда понимаю, кто передо мной. Я понимаю письмена, но не знаю, почему. Я знаю своё имя и одновременно не чувствую его своим. Довольны? Это не делает меня менее опасной в ваших глазах, но хотя бы объясняет, почему я спросила Селесту, кто она такая.

Кайрен молчал.

Арина вдруг поняла, что сказала слишком много.

Но отступать было поздно.

— Вы потеряли память? — спросил он.

Слишком удобное объяснение.

Она могла бы ухватиться за него обеими руками.

Но что-то остановило.

— Не совсем.

— Тогда что?

— Я не могу объяснить, не прозвучав безумной.

— Попробуйте.

— Нет.

Его глаза вспыхнули.

— Нет?

— Нет. Не сейчас. Не вам. Не после того, как вы пять минут назад прямо предупредили, что я пожалею, если сделаю неверное движение. Я в чужом доме, под чужим именем, среди людей, которые ждут от меня гадости или слабости. Так что простите, милорд, но всю душу на ваш стол я сегодня не положу. У вас и так там бумаг много.

Он смотрел на неё долго.

Арина уже решила, что сейчас её выведут, запрут, вызовут местного специалиста по странным жёнам и каким-нибудь неприятным образом выяснят, кто она. Но Кайрен вдруг отвернулся к столу и взял свиток.

— Вы подписали прошение вчера после разговора с Селестой.

— О чём?

— О передаче Ноэля под надзор южной ветви рода до решения совета.

— Это значит?

— Его увезли бы из замка.

— К Селесте?

— Не напрямую. Но она поддерживала решение.

Арина медленно вдохнула.

— Отмените.

— Не всё отменяется словом.

— Тогда делом.

Он посмотрел на неё.

— Вы не понимаете, что уже запустили.

— Вероятно. Но я понимаю, что ребёнок сидел в холодной комнате и считал себя словом, а не человеком. Этого достаточно, чтобы остановить хотя бы часть.

Кайрен подошёл ближе. Не угрожающе, но Арине пришлось заставить себя не отступать.

— Если это новая игра Селесты через вас, я разорву её.