Онлайн книга «Агентство Купидон. Чудо в подарок»
|
приоткрытыми. Её грудь под порванной одеждой едва поднималась — мелкие, жалкие вздохи, которые скорее чувствовались, чем слышались. Жизнь утекала из неё, как песок сквозь пальцы, и он чувствовал каждую песчинку через их ослабевшую, но ещё живую связь. Чувствовал, как её свет, тёплый и зелёный, гаснет, замещаясь холодной, нарастающей пустотой. «Нет. Нет. Нет». Этот монотонный ритм отбивался в его черепе, заглушая всё. Он не видел разрушений вокруг. Не слышал слабого, жалобного попискивания у своих ног. Мир сузился до хрупкого тела в его руках и до всепоглощающего леденящего кошмара: он выиграл битву и проиграл всё. Его драконья ярость, ещё минуту назад сокрушавшая врагов, теперь обратилась внутрь. Она выжигала его изнутри, оставляя после себя пепелище отчаяния. Он был Стражем. Его долг — защищать. Он принёс её в свою войну, убедил остаться… и не смог уберечь. Древняя сила, столетиями копившаяся в его жилах, была бесполезна против этой тихой агонии. Он мог сдвинуть горы, но не мог вернуть тепло в её охладевающие руки. Что-то мягкое и тёплое ткнулось ему в ладонь. Арвен медленно, словно сквозь толщу воды, опустил взгляд. У его коленей сидел Искорка. Не котёнок, даже не птенец из пламени. После вспышки, освободившей их, он принял новую, промежуточную форму. Размером с небольшую птицу, его тело было покрыто не перьями, а мягким, золотисто-серым пухом, сквозь который просвечивало внутреннее сияние. На спине торчали два крошечных, не до конца расправившихся крылышка, больше похожих на сверкающие опахала. Но глаза… глаза были огромными, мудрыми и полыми такой глубокой печали, которая не должна была жить в столь юном существе. Искорка смотрел на Лиру, потом на Арвена. Он видел его отчаяние. Чувствовал его через ту же связь, что связывала их всех. И понимал. Понимал цену, которую она заплатила. Цену, которую заплатил он, маленький феникс, впервые осознавший свою силу и свой ужасающий долг. Малыш издал тихий, мелодичный звук — не писк, а скорее вопросительный звон. Арвен не ответил. Он был погребён под тяжестью своей потери. Тогда Искорка сделал шаг вперёд. Он подошёл к руке Арвена, державшей Лиру, и прижался к её холодным пальцам. Потом он наклонил свою пушистую головку и закрыл глаза. Изнутри него начало исходить мягкое, пульсирующее свечение. Он сосредоточился, как когда-то сосредотачивался Арвен, давая ему почувствовать свой «фон». Но это был не фон дракона. Это была сама суть феникса — не разрушительное пламя возрождения, а его тихая, целительная ипостась. Пламя жизни, а не очищения. Из уголка его закрытого глаза, там, где сходились золотистые пушинки, выкатилась слеза. Но не водяная. Это была крошечная, идеально круглая капля чистого, конденсированного света. Она переливалась всеми цветами утренней зари и пахла дождём на прогретой солнцем земле, первым весенним цветком и теплом только что вылупившегося яйца. Слеза феникса. Не легенда. Не миф. А редчайший дар, возможный лишь в момент глубочайшего сострадания и осознанного самопожертвования. Слеза скатилась по пуху его щеки, повисела на кончике, сверкая, а затем упала. Она упала на губы Лиры. И произошло чудо. Тихое. Без вспышек и гула. Свет от слезы не разлился, а впитался. Бледные губы Лиры обрели слабый розовый |