Книга Агентство Купидон. Чудо в подарок, страница 65 – Екатерина Мордвинцева

— Хорошо, — прошептал он, и это слово было тяжелее всей каменной громады башни.

— Вместе. Тогда… тогда у нас есть три дня. И мы используем каждый миг. Но

если мы делаем это, мы делаем это на полную. Ты должна знать все. Понять,

что защищаешь. И… связать свою судьбу с моей не только словом.

Он повел ее в Сердце Башни. На этот раз он не просто показал ей место силы. Он

открыл ей доступ. Он говорил часами, объясняя структуру печати, как

сплетение из тысяч магических нитей, уходящих в самые основы реальности.

Показывал точки напряжения, слабые места, которые культисты наметили для

удара. Рассказывал о природе силы, которую он черпал из этого места — не

просто драконьей мощи, а силе вечного «нет», силе сохранения,

кристаллизации, бесконечного сопротивления энтропии.

— Моя магия — статична, — сказал он, проводя рукой над мерцающей руной. — Как

ледник. Но чтобы устоять против того, что они принесут… ледника

недостаточно. Нужен утес. Нужна… жизнь, вплетенная в камень.

И тогда он предложил нечто, от чего у Лиры перехватило дыхание. Древний обряд,

известный лишь Стражам и их избранным союзникам. Обряд «Вплетения Судеб». Не

брачный союз, а военный договор душ. Ритуал, позволяющий на время связать их

магии в единый защитный конгломерат, где ее живая, гибкая, питающая сила

станет основой для его несокрушимой защиты, а его мощь — щитом для ее

хрупкости.

— Это больно, — предупредил он. — И опасно. Если наши души не будут в истинном

резонансе, если будет хоть тень сомнения… обратная связь может разрушить нас

обоих.

— У нас нет сомнений, — просто сказала Лира.

Ритуал провели в ту же ночь, в Сердце Башни, под присмотром спящего в Коконе

Искорки, чье пламя, казалось, горело ярче в предчувствии битвы. Они стояли в

центре руны, лицом к лицу. Арвен начертил символику их союза на полу их

смешанной кровью (его — темной, как сталь, ее — алой). Он произносил слова

на языке драконов, слова обязующего долга, защиты и верности до конца. Лира,

не понимая значения, повторяла их за ним, вкладывая в звуки всю свою волю,

свою любовь, свою готовность стоять с ним плечом к плечу.

Когда последнее слово было произнесено, энергия места взметнулась. Руна под

ногами вспыхнула ослепительным светом, и две струи силы — холодная,

сине-черная от Арвена и теплая, золотисто-зеленая от Лиры — взвились вверх и

сплелись в единую, сверкающую спираль. Боль была, как он и предупреждал —

острая, пронзающая, как будто их души вывернули наизнанку и сплавили

воедино. Лира вскрикнула, но не отступила. Арвен стиснул зубы, приняв в себя

волну ее жизненной силы, такую чуждую и такую необходимую.

Когда свет угас, они стояли, держась за руки, дыша в унисон. Между ними теперь

была не просто невидимая нить. Была сеть. Они чувствовали пульс магии друг

друга как свой собственный. Лира ощущала холодную, громадную силу Арвена,

готовую по ее желанию обрушиться на врага. Арвен чувствовал теплое, живое

биение ее души, дававшее его силе цель и якорь.

Оставшиеся дни они превратили в ад труда. Арвен, используя их новую,

объединенную силу, укреплял внешние барьеры, накладывал слои иллюзий и

ловушек, превращал подходы к башне в смертоносный лабиринт. Лира, с

новообретенной чувствительностью к защитным чарам, стала его «настройщиком»,