Книга Реставратор яблочного сада: детей и драконов не предлагать!, страница 72 – Лиззи Голден

Меня поглощает тьма, на этот раз осязаемая ― густая и удушающая. Едкий дым разъедает глаза, жар опаляет кожу и волосы, внутри у меня все сжато до предела, что я не могу вдохнуть.

Это не мой страх, а его ― Ардина. Но он охватывает меня всю без остатка. А я подчиняюсь ему, позволяя себе прожить то, ради чего я отправилась в библиотеку в поисках ответов.

Яркая вспышка света. Посреди холла ― огромный белый дракон. Его блестящая чешуя отблескивает огнями свечей. Он не атакует. Он отчаянно пытается отогнать ксаверов, пробирающихся сквозь окна и двери, как серая саранча. То и дело раздается его мощный рев. Он дерется ― бьет их мощными когтистыми лапами, разбивая в пыль, орудует хвостом, но в то же время отступает от тех, которые, выставив руки, идут к нему.

Часть ксаверов прорываются сквозь защиту и бегут вверх по лестнице. Ардин в образе дракона издает еще один могучий рев и выпускает из пасти огонь ― такой ослепляющий, что мне на миг глазам становится больно. Ксаверы отброшены назад. Некоторые погибли, а те, которые остались в живых ― отступают от огня, который выглядит совсем не так, как обычный. Он огненно-красный, мощный и… с каждой минутой его становится все больше.

Огонь охватывает холл, цепляясь за гобелены, древние деревянные панели, ковры, поднимаясь вверх по шторам и прожигая потолок. Ардин вмиг превращается в человека и бежит по лестнице ― в образе дракона он не смог бы пробраться в столь узком для него месте. Меня неведомой силой несет за ним.

— Коралия! Герберт! ― Его крик заглушается ревом пожара. Ардин в панике срывает горящий гобелен, отбрасывает от себя, бежит дальше, сметая по пути все, что видит. Его волосы опалены, руки в крови…

Он резко останавливается перед распростертым на полу гостиной маленьким тельцем. Подхватывает девочку на руки, и в то же время слышит крик:

— Ардин! Мы здесь, спаси нас!

Он бросается из гостиной, бежит на звуки родных голосов. Но тут перед ним срывается и падает огромная горящая балка.

Ардин едва успевает отскочить. Путь перекрыт. В этот момент весь дом вспыхивает, как пропитанная маслом бумага.

Я больше не чувствую жара, находясь в самом эпицентре всепоглощающего драконьего огня. Но Ардин… последнее, что я вижу, как он в полупрозрачной оболочке, которую выстроил вокруг себя наподобие защиты, смотрит на мертвенно-бледное личико маленькой дочери, бросает взгляд на обвал и… принимает решение.

Кажется, никогда не забыть его взгляд. Он словно утратил жизнь, стал тем самым тусклым и безжизненным ― в нем будто бы выключили свет. Ардин возвращается в пылающую гостиную. Его полупрозрачная защита дрожит, дает брешь, в нее врывается дым. Ардин подходит к окну с выбитыми стеклами и… прыгает вниз.

Тут же защита вокруг него и ребенка исчезает. Он удачно приземляется на ноги и идет, пошатываясь, в сторону забора. На его руках, прижатая к окровавленной и обгоревшей рубахе, лежит маленькая, бездыханная Элис.

Пройдя еще немного, он падает на колени. Руки не в силах держать даже маленького ребенка. Он оборачивается на дом, который с оглушительным треском, который, кажется, сотрясает само небо, складывается внутрь себя.

Из груди Ардина вырывается вопль. Его плечи содрогаются в беззвучном рыдании. Он кричит, бьет кулаками по земле, рвет на себе волосы… Немного поодаль лежит ребенок и я… в наступившей в моих ушах тишине слышу его слабый стон.