Книга Реставратор яблочного сада: детей и драконов не предлагать!, страница 52 – Лиззи Голден

— Его поставили еще мои родители, ― отводит глаза тот.

— Так что же вы делали в саду? ― возвращаюсь я к первой теме. Мне важно понимать этого дракона, чтобы знать, что от него ожидать. Пока что он для меня ― сплошная загадка.

— Если скажу ― прогуливался, вы же не поверите, верно? ― невесело усмехается тот.

— Лучше скажите правду, ― смотрю я ему в глаза в надежде увидеть там хоть каплю тепла. Но увы: эти голубые стекляшки снова становятся безжизненными.

— Чтобы в следующий раз вы спали спокойно и не докучали мне своим присутствием, скажу, ― говорит Ардин. ― Я работаю в своем саду.

Жду продолжения, но кажется, он уже сказал все, что хотел. Еще и смотрит на меня с таким видом, будто ждет реакции. А какой она должна быть?

— Почему именно ночью? ― спрашиваю я, потому что это единственное, что меня смущает.

— Не делайте вид, что не понимаете, ― хмурится тот.

— Вы же знаете, я не из Аэтерии, ― вздыхаю я. Ну сколько можно повторять!

— Нет других миров, кроме Аэтерии, ― уверенно произносит тот. ― Но если вы росли где-то вдали от цивилизации, то может, и не знаете, что драконы не могут работать в привычном понимании. Это запрещено всеобщим законом. И если его нарушить, у дракона отберут все его имущество.

— То есть… им запрещают приносить пользу? ― ошеломленно спрашиваю я. Наконец, становится понятно, почему Ардин не ходит «на работу». Или хотя бы не ведет бизнес.

— Они приносят пользу тем, что управляют своими поместьями, создают рабочие места, подают новые идеи для бизнеса, занимаются разной интеллектуальной работой, а еще ― произносит он особо свирепо, ― они защищают свои города, если на них нападают. Ни эльфы, ни гномы, ни даже тролли и уж тем более не феи ― а именно драконы. И не только свои ― а и все, где творится произвол. Они ― хранители покоя в Аэтерии, ― чуть тише добавляет он, и его взгляд становится совсем расфокусированным. ― На них все держится. И если кто-то увидит дракона за черной работой ― это для него еще хуже, чем если бы он просто разорился.

— А… просто переодеться? Изменить внешность? ― ищу другие способы, хотя понимаю, что если бы они были, Ардин ими бы воспользовался.

— Исключено. ― Его лицо становится непроницаемым. ― Что бы я ни надел, каждый по росту и фигуре различит во мне дракона.

Я бы не различила. Но понятно, что я ― не каждый.

— Поэтому вы работаете в саду ночью, ― говорю я, глядя перед собой. ― Какой на самом деле ужасный закон! ― тут же стискиваю руки в кулаки. ― Разве это не притеснение драконов? Кто их защитит? А если кому-нибудь из них захочется просто размять мышцы и…

— Для этого существуют драконьи спортзалы, дуэльные клубы и еще много всего, ― перебивает меня Ардин, глядя снисходительно, как на глупышку. ― Каждый уважающий себя дракон должен поддерживать себя в форме: никто не знает, откуда и когда придет беда…

— Но… в саду… ― пытаюсь я сформулировать мысль, но тщетно.

— Мои слуги не справляются с тем объемом, который нужно проделать ― я не садист, чтобы заставлять пахать того же садовника день и ночь, ― грубовато произносит тот. ― Уж поверьте, драконы тоже умеют собирать яблоки, окучивать землю, подрезать ветви, если захотят. А на рассвете я отвожу тележку с яблоками ближе к рынку и прячу в кустах, чтобы Мэй не пришлось везти ее всю дорогу.