Книга Невеста мага. Когда падает снег, страница 6 – Анна Ланц

— Думаю… да.

И это тихое «да» почему-то прозвучало для меня оглушительно громко.

Я поднялась на второй этаж и остановилась, пытаясь понять, куда идти. Длинный коридор, обои в блеклый цветочек, темный паркет и пять одинаковых дверей.

Я по очереди открыла каждую. За одной пряталась уборная, за другими – спальни. Все комнаты аккуратные, но безликие. Ни одна не вызвала ощущение моей.

Растерянно застыла посреди коридора. Какая же моя?

И тут позади раздался голос – тягучий, недовольный. Как будто кто-то ворчит, что его посмели разбудить раньше полудня.

— Ну что застыла? К себе велено идти.

Я резко обернулась. Но никого не увидела.

Никого, кроме… толстого рыжего кота с самодовольной мордой.

Я ошарашенно моргнула, потрясла головой. Ну не мог же кот говорить? Хотя… Неужели я еще чему-то сегодня удивляюсь?

— Ты что… говорящий? – все же осторожно уточнила я.

Кот лениво поднял глаза. В них читалось что-то между: «ты серьезно?» и «О, Господи, дай мне сил».

— Говорю нечасто. И исключительно по делу. Но до сих пор меня никто не слышал. Даже ты. Видать, то, что ты теперь невеста мага благостно подействовало на твои уши.

Вот оно как…

Кот поднял свою короткую, толстую лапку и начал ее усиленно вылизывать.

— Слушай… ты знаешь, какая из комнат моя?

Рыжий перестал мыться и посмотрел на меня так, словно я спросила, с какой стороны обычно восходит солнце и не пора бы поменять эту традицию.

— Ну точно, слаба умом, – вздохнул он. ­– Ты ж на чердаке живешь. Вот и лезь туда.

И, вскинув хвост, важно потопал к лестнице, явно уверенный, что я последую за ним. Собственно, так я и сделала.

Чердак встретил меня горой ненужного хлама. Но грязи тут не было. Видно, девушка, в чьем теле я оказалась, убиралась старательно. И все же назвать это «комнатой», язык все равно не поворачивался.

На голом, деревянном полу лежал тонкий матрас, скорее похожий на подстилку для собаки, чем на ложе для человека. Рядом стояла покосившаяся тумбочка, державшаяся не то на честном слове, не то на последнем гвозде.

Свет проникал через небольшое, круглое окошко. И хватало его, света то есть, лишь чтобы едва различать предметы.

Но хуже всего был холод. Пронизывающий.

Здесь было ощутимо прохладнее, чем внизу. Будто весь дом старательно обогревали, а про чердак забыли.

Я поежилась, обняла себя за плечи и выдохнула:

— Значит… здесь я живу.

— Ага, – довольно подтвердил рыжий, прошмыгнув мимо меня.

Он уселся на матрас.

— Весьма неплохо… если ты таракан. Правда, и они последнее время отсюда посбегали.

Я скосила глаза, но вступать в перепалку с ним не стала – не до этого. Прошлась по чердаку, осматривая нагромождение хлама: тряпки, коробки, какие-то сломанные игрушки.

Наконец, среди этого хаоса, я нашла то, что мне было очень нужно: небольшое зеркало.

Старое, мутное, с длинной трещиной, протянувшейся от одного края к другому. Вместе с ним я подошла поближе к окну, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

Затаила дыхание и взглянула в отражение.

Из зеркала на меня смотрела худая девушка лет двадцати. Светлые волосы были заплетены в длинную косу, но коса выглядела так, будто ее заплетали в спешке: небрежно, с выбившимися прядями.

Лицо… красивое. Даже очень. Но на этой красоте лежал тяжелый отпечаток усталости. Под глазами глубокие тени. Щеки впали, скулы выпирали так, как не бывает у тех, кто нормально питается.